Судьба женщины на мусульманском Востоке

Страны и мѣстности земнаго шара въ пріобрѣтеніи дурной или хорошей репутаціи подвергаются иногда такой же участи, какъ и индивидуумы человѣческаго рода. Какъ въ частномъ быту человѣкъ, однажды угодившій общественному мнѣнію, пользуется потомъ неизмѣннымъ его расположеніемъ, какъ бы ни велъ себя, а однажды вооружившій его противъ себя, не можетъ уже примириться съ нимъ, такъ точно лестныя или нелестныя понятія о извѣстной странѣ, установившіяся вслѣдствіе какихъ-нибудь обстоятельствъ, переживаютъ годы и вѣка, противостоятъ разнымъ противорѣчивымъ свѣдѣніямъ и превращаются наконецъ въ упрямыя предубѣжденія. Примѣръ тому видимъ въ предубѣжденіяхъ, существующихъ между европейцами о Востокѣ, или, сказать опредѣлительнѣе, о мусульманскомъ Востокѣ, потому-что, произнося этотъ географическій терминъ, каждый европеецъ имѣетъ преимущественно въ виду ту систему азіатскихъ государствъ, которая основана во имя пресловутаго ислама и о которой больше всего судятъ и рядятъ на Западѣ.
Существенный недостатокъ этихъ понятій заключается въ томъ, что они еще слишкомъ-лестны для мусульманскаго Востока. Чтеніе нѣкоторыхъ, довольно-дѣльныхъ путешествій, отчасти подорвало уже знаменитость этого міра, но несовсѣмъ еще и неповсемѣстно, потому, главнымъ образомъ, что такія путешествія мало читаются. Оно оказалось особенно-безсильнымъ предъ привычкою поэтизировать Востокъ, представлять его себѣ въ какомъ-то фантастическомъ свѣтѣ, какъ отечество роскоши, пышности, утонченной нѣги, какъ страну, въ которой все живетъ и дышетъ наслажденіемъ. Въ тѣхъ случаяхъ, гдѣ Западъ сравнивается съ Востокомъ, не отстали еще отъ привычки видѣть въ Западѣ прозу, а въ Востокѣ поэзію; это досадное упрямство, поддерживающее между европейцами устарѣлый взглядъ на мусульманскій Востокъ, ни для кого не бываетъ такъ замѣтно и такъ досадно, какъ для прибывающихъ оттуда путешественниковъ, которымъ предстоитъ непріятная участь подвергнуться долгимъ и безпрестаннымъ разспросамъ о поэтическомъ Востокѣ. Смѣло можемъ увѣрить и читателей и читательницъ, что, когда имъ случается мучить своими разспросами пріѣхавшаго оттуда человѣка, хорошо-изучившаго видѣнныя имъ страны, то въ душѣ его непремѣнно кипитъ скрытая досада противъ тона и смысла вопросовъ, ему предлагаемыхъ.