Государство и водка

Когда мы хотим похвалиться перед иностранцами, мы любим указывать на то преимущество, что у нас каждому доступны многие вещи, считающиеся диковинкою в Западной Европе, каждому давно известны понятия, с величайшим усилием недавно открытые европейскою наукою. Так, например, каждый у нас знает, что отмороженное ухо надобно оттирать снегом, а случись отморозить ухо какому-нибудь итальянцу, вероятно, и хороший доктор итальянский не тотчас придумает, что делать с такой бедой. Это убеждение в превосходстве нашей национальной опытности над понятиями и сведениями других народов сделалось непоколебимым у нас с той поры, как мы, вздумав ознакомиться с последними результатами науки по вопросу о физической вредности пьянства, прочли знаменитое сочинение шведского доктора Магнуса Гусса Alcoholismus Chronicus 1. В Западной Европе трактат Магнуса Гусса пользуется громадною славою между медиками. Они говорят, что Магнус Гусс открыл болезнь, до того времени неизвестную в науке. Он и сам того же мнения. Прочли мы эту книгу и увидели, что, кроме мудреных медицинских терминов, все в ней написанное давным-давно известно самому недалекому и безграмотному из русских мужиков. Некоторые главы в книге доктора Магнуса Гусса изумляют русского человека своею наивностью. Шведский доктор будто к мудреной и очень сомнительной задаче приступает, например, к решению вопроса, действительно ли пьяница теряет аппетит и, наконец, почти ничего не ест, -- ученый доктор думает, что сделал важное открытие, доказав это. Не менее проблематическим делом кажется ему вопрос: трясутся ли у пьяницы руки? У нас смешно и спрашивать о таких вещах. В самом деле, сколько бы ни говорили западные европейцы о том, что пьянство очень распространено в их землях, из каждого слова их видно, что они знакомы с этим предметом гораздо менее нас, что о пьянстве они имеют сравнительно с нами ровно столько же понятия, сколько о зимних морозах, об осетринной икре, валдайских колокольчиках и других местных наших продуктах, которые и в Западной Европе могут изредка встречаться, но так же мало составляют ее собственность, как ананасы, которых в ней родится и очень мало и очень вялого качества по сравнению с множеством и превосходством ананасов Бразилии и Вест-Индии. Не у западных европейцев узнавать яванцам, какой вкус имеют кокосы, не у западных европейцев узнавать нам, что такое пьянство. Но любопытно узнать, до каких понятий об этом предмете дошли они изучением в малом виде того явления, которое с тропическою роскошью растительности процветает под глазами у каждого из нас.