Лейтенант и поручик, быль времен Петра Великого. Сочинение Константина Масальского

Если вы старик, читатель, вы не обратите внимания на быль из времен Петра Великого , сочиненную г. К. Масальским: имя этого писателя не соединено с вашими воспоминаниями; если вы молоды, читатель, вы также не захотите читать Лейтенанта и поручика , зная, по беглым упоминаниям в журналах о г. Масальском, только то, что он когда-то считался одним из самых посредственных наших романистов; но если вы ни стары, ни молоды, вы -- хотя тоже не будете читать Лейтенанта и поручика -- посмотрите на обертку этой были не без некоторого умиления: вы вспомните о том времени, когда вы, не только выучившись читать очень бегло, но и выучив четыре правила арифметики, две-три главы грамматики до глаголов или наречий, басни Лисица и ворона , Стрекоза и муравей , начали чувствовать, что в маленьком вашем сердце, в резвой вашей головке поселилась, после прежних потребностей в пряниках и конфектах, в детских играх, после неугомонной шаловливости, неутомимой беготни, новая страсть -- читать, читать... не грамматику и не басни Крылова, не Русскую историю г-жи Ишимовой -- все это скучно, потому что писано для детей --нет, читать книги, писанные для больших . С какою жадностью бросались вы, десятилетний мальчик, на романы, и какое наслаждение доставляли вам эти увлекательные маленькие томики! это высокое наслаждение доставляли вам не те романы, которыми восхищались ваши тетушки и старшие, большие братья: Марлинский, Пушкин, Лажечников, Зенеида Р-ва, Гоголь, Павлов, князь Одоевский, Вельтман,-- все это было скучно для вас; но как занимательны были для вас Леонид, или некоторые черты из жизни Наполеона 1, Юрий Милославский , Рославлев, или русские в 1812 году , Таинственный монах, или некоторые черты из жизни Петра I , Паята, дочь Ледзейки, или литовцы в XIV столетии , и проч., и проч! Ах, как интересны были эти книжечки! Ныне уже не пишут таких книг, скажете вы с истинною грустью о нынешних десятилетних, двенадцатилетних мальчиках и девочках. Нет уже этой немудрой, но грамотной литературы; люди, не имеющие особенного таланта, но довольно начитанные и не лишенные некоторого уменья сочинять складно, не пишут ныне в простоте души, как писалось в старину: нет! они пишут свысока, гонятся за художественностью, за психологическими тонкостями, за анализом, за юмором, как будто все это их дело, как будто все это им по плечу,-- и пишут вещи бестолковые и скучные для взрослых, непонятные и скучные для детей.