Из связки писем

Разсказъ.
Отъ Далевича Зябликову.
12-го сентября. Домъ Предварительнаго заключенія.
Я не хотѣлъ отвѣчать на твое письмо; были минуты, когда я мечталъ объ одномъ, чтобы меня оставили въ покоѣ. Но нѣкоторыя соображенія заставляютъ меня взять перо; о нихъ -- послѣ. Ты хочешь знать, какъ все это случилось? Очень быстро и просто: я надѣялся, рискнулъ, былъ обманутъ -- и вотъ одиночная камора, а впереди -- тюрьма или ссылка. Подробностей не сообщаю -- не хочу да и не могу: письма идутъ черезъ канцелярію прокурора. Скажу то, что говорилъ и буду говорить: я не виноватъ. У меня были чужія деньги; ты зналъ мое положеніе -- зналъ или угадывалъ, а иногда и распрашивалъ съ участіемъ и посматривалъ на меня съ соболѣзнованіемъ... дальше этого дружба, какъ извѣстно, не идетъ! Очень было тяжело; я засыпалъ съ мучительной мыслью о завтрашнемъ днѣ, а на завтра... сколькихъ приходилось обманывать, сколько нечистыхъ рукъ жать заискивающе! Одно хорошо въ моемъ настоящемъ положеніи: этого кошмара нѣтъ. Есть другое -- ужасное, но нѣтъ этой вѣчной тревоги, растрепавшей мои нервы.
Я ухватился за соломенку: накупилъ взмыленныхъ пріятелями акцій, какихъ -- все равно. Не на наличныя покупалъ, разумѣется, а далъ приходъ . И общее паденіе увлекло меня; я не могъ вернуть денегъ своевременно -- и вотъ въ ямѣ . Э, да что говорить! Перейду къ дѣлу. Общая сумма растраты, въ сущности, ничтожна: тысяча семьсотъ рублей. Возвратъ ея до суда значительно смягчилъ бы мою участь: выгоднѣе, дѣйствительно, вознаградить потерпевшаго , чѣмъ добровольно обязаться сдѣлать это (См. 1081 ст. Уложенія о наказаніяхъ). Достань мнѣ эти деньги. Клянусь тебѣ, что я ихъ верну. Я знаю -- ты бѣденъ, какъ церковная крыса, но заложи все, что можно, возьми подъ вексель, обѣгай всѣхъ моихъ друзей ... эти жертвы -- ничто въ сравненіи съ результатомъ ихъ -- спасеніемъ человѣка. Видишь, я говорю твоимъ языкомъ -- вѣдь ты такъ безкорыстно любишь человѣчество, такъ страдаешь за него въ своей меблированной комнатѣ ... Ну, вотъ тебѣ и случай отличиться.