Лунная ночь

Черный ангел, печальный и кроткий, призрачной тенью скользит по бесконечно-длинным, закутанным сумерками ночи аллеям кладбищенского парка... Чрез густую листву дерев пробиваются серебристые нити лунного света и пугливо трепещут по дорожкам, по стволам высоких, белеющих во мраке берез, по густой траве и по дрожащим листочкам молодой поросли... И по мере того, как черный ангел приближается, -- лунный свет меркнет, убегает далеко вперед или прячется по сторонам, в густых зарослях запущенного парка, и ночь расстилает пред небожителем свой черный покров, скрывая от страшных взоров его все, что одарено жизнью: деревья и листья, траву и цветы, ночных мотыльков и спящих в чаще ветвей птичек, и летучую мышь, упавшую из-под крыши церковной колокольни и с бешеной быстротою несущуюся над парком и над облитыми лунным сиянием мраморными гробницами и памятниками, и всякую тварь и былинку... И по мере того, как вестник смерти приближается, -- ветерок стихает и перестает играть с листьями и цветами, сверчок оканчивает свою жалобно-дребезжащую песнь, трусливая ящерица замирает под лопухами у корней старого дуба, а переползающая дорогу змея притворяется мертвою... Лишь старая церковь, что поднимается своею колокольнею над густым парком, не смущается страшным гостем: молчаливая и торжественная, как всегда, она стремится в высь к небу; голубоватый отблеск лунного света играет на серебряных куполах ее; кресты сияют, как звезды на синем бархате небес, и старые стекла забранных железными решетками окон отливают разноцветными огнями и искрами, словно в эту глухую ночь в храме зажигаются невидимою рукою тысячи свеч пред суровыми ликами Божьих угодников и святых мучеников...
Когда на горизонте небес сверкнет первая полоска рассвета, черный ангел развертывает свои крылья, встряхивает ими и темным призраком взлетает в высь; там он исчезает в бледнеющих сумерках ночи...
Светлеет горизонт, тухнут одна за другою звезды, легкие тучки начинают румяниться утренней зорькой, а потом вдруг солнце брызнет ярким потоком горячих лучей, раскрасит землю в яркие краски и заставит ее страстно трепетать в своих жгучих объятиях...