Почему сосна и ель вечно зелeные

Это было давным-давно, в незапамятные времена. Как-то в один из годов очень рано наступила осень. Ещё и листья с деревьев не опали, а уже завернули сильные холода. Птицы начали сбиваться в стаи и заторопились в тёплые страны. Змеи, ящерицы, всякие лесные зверушки, спасаясь от холода, залезли в свои норы и дупла. Всё живое или улетело, или попряталось. Лишь маленькая птичка с пораненным крылом не смогла улететь со стаей и осталась одна в чистом поле на пронизывающем ветру.
Сидит птичка под кустиком полыни, горюет, что делать - не знает. Неужто так и придётся погибать? А на краю поля начинался большой дремучий лес. 'Поскачу-ка я в этот лес, может, деревья сжалятся надо мной и пустят на свои ветки перезимовать', - подумала птичка и, оберегая своё раненое крылышко, поскакала к лесу.
На опушке леса стояла кудрявая красавица-берёза. Птичка к ней с просьбой:
- Берёза-берёзонька, густая и кудрявая, пусти к себе перезимовать.
- Веток у меня много, листьев ещё больше, мне за ними надо смотреть, до тебя ли тут, - ответила берёза.
Поскакала птичка со своим перебитым крылышком дальше. Глядит - стоит развесистый дуб-великан. Стала она его упрашивать:
- Дуб-богатырь, смилуйся, пусти меня на свои густые тёплые ветки до весны прожить.
- Вот ещё придумала, - ответил дуб. - Если всех пускать на зиму, вы у меня ни одного жёлудя не оставите. Нет, нет, не пущу, иди своей дорогой.
Птичка-невеличка поскакала дальше по лесу, оберегая своё раненое крыло. Приблизилась к речке, видит - на берегу, спиной к ней, лицом к речке, стоит, до самой воды уронив свои ветви, могучая ветла.
- Добрая ветла, твои ветки густые, уютные, пусти меня прожить на них до весенних тёплых дней, - просит и ветлу бедная птаха.
- Проваливай, я с рекой разговариваю, а со всякими встречными мне и разговаривать-то не к лицу,- гордо ответила ветла.
Бедная пташка впала в отчаянье. Да и было от чего: никто её, горемыку, не пускает на зиму, все-то разговаривают свысока.