У смертного одра

Перевод с итальянского Е. О. Паукер.
Источник текста: Журнал Живописное обозрение , 1902, ноябрь, стр. 1701 - 1705.
Тело старшины Биаджио Мила совсем обряженное, с намоченным водой и уксусом платком на лице, покоилось на постели посреди комнаты между четырьмя свечами. По обеим сторонам бодрствовали жена и брат покойного.
Розе Миле было около двадцати пяти лет. Это была цветущая женщина с несколько низким лбом, бровями дугой и большими серыми, как агат, глазами. Пышные волосы ее непослушными прядями падали на шею, щеки и глаза. Вся ее фигура дышала здоровьем, а свежие щечки пахли, как нежный плод.
Эмидио Мила, приблизительно тех же лет, был худощавый парень с бронзовым от жизни под открытым воздухом цветом лица. Мягкий рыжеватый пушок покрывал его щеки, крепкие белые зубы придавали мужественную красоту его улыбке; а желтоватые глаза блестели по временам, как два новеньких цехина.
Оба молчали; она перелистывала молитвенник, он следил за ее пальцами. Оба были спокойны, как только простолюдин может быть спокоен перед лицом смерти.
-- Сегодня жаркая ночь, -- произнес Эмидио с глубоким вздохом.
Роза подняла на него глаза в знак согласия.
Свечи колеблющимся неровным светом освещали низкую комнату. Тени, постоянно меняя формы, появлялись то на стене, то на одном из углов. Окно было отворено, но занавеска опущена. Время от времени ветер колыхал кисею.
Биаджио, казалось, спал на своей белоснежной постели.
Слова Эмидио погасли в глубокой тишине.
Роза склонила голову и снова принялась перелистывать молитвенник; несколько капелек пота проступило у нее на лбу, и она тяжело дышала.