В водовороте революции

За два года . Сборникъ статей изъ Искры . Часть первая.
Говорятъ, наступило затишье... Говорятъ даже, что революція девятаго января окончилась неудачей, что теперь надо ждать другой, побѣдоносной революціи... Странное затишье... Странное пониманіе революціи.
Быстрое разложеніе и ломка верхушки правительственнаго механизма; отказъ принять депутацію рабочихъ вчера, фабрикація на заказъ подобія такой депутаціи сегодня; генералъ-губернаторъ и министерство ежовыхъ рукавицъ, смѣняющее министерство довѣрія и одновременно слухи о близкомъ созывѣ земскаго собора; обыскъ -- дѣйствительный или предполагаемый -- для характеристики господствующаго настроенія это почти безразлично -- у предсѣдателя комитета министровъ, и настойчивыя стремленія этого хитроумнаго Улисса бюрократіи возможно шире оповѣстить весь міръ о своей невиновности въ кровопролитіи 9 января; совѣщаніе министра финансовъ съ промышленниками, гдѣ ихъ, почти приставивъ ножъ къ горлу, убѣждаютъ сдѣлать рабочимъ тѣ ничтожныя уступки, которыя, по мнѣнію правительства, прольютъ цѣлительный бальзамъ на нанесенныя абсолютизмомъ кровавыя раны; административная скачка по дорогѣ къ реформамъ , причемъ промышленники, которыхъ вчера силой гнали къ уступкамъ, сегодня призываются ограждать интересы рабочихъ въ вопросѣ о государственномъ страхованіи, а прелюбодѣю мысли Суворину и мракобѣсу Мещерскому вручается судьба свободы печати, при благосклонномъ участіи соглашающихся покрывать вою эту грязь своими именами генераловъ отъ либерализма -- Кони, Арсеньева и Стасюлевича. Вотъ неполная картина того шквала, который все переворачиваетъ въ правительственныхъ верхахъ. А внизу? Общественныя и сословныя учрежденія, все съ большей и большей настойчивостью и опредѣленностью заявляющія свои освободительныя требованія; публичное выраженіе симпатій жертвамъ девятаго января и негодованія убійцамъ; заявленіе московскихъ промышленниковъ; пресса, не смотря на висящій надъ ней дамокловъ мечъ бѣлаго террора, говорящая подчасъ такимъ языкомъ, какой не часто встрѣчался и въ разгарѣ министерской весны ; солдаты, убивающіе офицеровъ, которые приказывали стрѣлять въ народъ; стачечная гражданская война, охватившая чуть не половину Россіи; и кровь, кровь, цѣлыми потоками проливаемая борющимся пролетаріатомъ...