Лейб-кампанец
(ИЗЪ ДНЕВНИКА ПРАДѢДУШКИ.)
РАЗКАЗЪ.
Въ дневникѣ моего прадѣда Якова Евстафьича, подъ 1776 годомъ, между прочимъ, написано: 13го іюня, въ понедѣльникъ, заложилъ хуторъ Азовской губерніи, на рѣчкѣ Богатой. А черезъ два лѣта, подъ 1778 годомъ, въ дневникѣ написано: іюля 24го, во вторникъ, въ полночь пріѣхали въ хуторъ на Богатую -- я, Ашенька, Иванушка и учитель Григоревской. Тогда во оныхъ пустошахъ селяне бѣжали, а сосѣду моему по тому хутору, лейбкампанцу г. Увакину, по его впрочемъ квалитету и по бездѣльнымъ и противнымъ онаго же поступкамъ, его подданными тогда же содѣянъ сей неподобной и ужести наводящій афронтъ....
----
Прадѣдъ мой Яковъ Евстафьичъ очутился сосѣдомъ лейбъ-кампанца Увакина вслѣдствіе tojo обстоятельства что пожелалъ, въ первые годы женитьбы на моей прабабкѣ Аннѣ Петровнѣ, сдѣлать ей отмѣнный презентъ. А именно: подъ вліяніемъ недавнихъ преданій о заселеніи этого края, онъ задумалъ сперва населить, а потомъ сюрпризомъ за нею укрѣпить плодородную дикую степь въ 7.000 десятинъ, купленную имъ съ торговъ, за четыре тысячи рублей ассигнаціями, отъ генерала Штоффельна. Земля же эта находилась въ тогдашней Азовской, нынѣ Екатеринославской губерніи, между рѣчекъ Богатой, Богатеньки и Лозовой, и болѣе чѣмъ въ ста верстахъ отъ Пришиба, родоваго помѣстья прадѣда.
Затѣявши поселить для жены хуторъ, Яковъ Евстафьичъ изъ сыромятины соорудилъ кожаную калмыцкую кибитку, взялъ съ собой изъ Пришиба крѣпостныхъ рабочихъ и купленнаго предъ тѣмъ въ Москвѣ у Архарова прикащика Михайлу Портян о го, перваго развѣдчика и доглядчика выбранной стели, и въ ожиданіи купленныхъ же гдѣ-то подъ Тулой крестьянъ, переѣхалъ готовить для переселенцевъ избы, сараи для скота и водопой.
Постройка зданій, по тогдашнимъ затрудненіямъ въ добычѣ припасовъ, припоздала. Сверхъ того при переводѣ купленныхъ крестьянъ въ началѣ случились также какія-то непредвидѣнныя преграды. А потому въ первые два лѣта, по покупкѣ земли, Яковъ Евстафьичъ, несмотря на слабое здоровье, повременимъ наѣзжая на Богатую и проживая въ калмыцкой кибиткѣ, разбитой у опушки круглаго степнаго лѣска, значительно скучалъ.