Письма к Н. Ф. Врасскому

1227. С. Петербургъ, 30 декабря 1807.
1 Слѣдующія за симъ четыре письма доставлены намъ, передъ самымъ окончаніемъ печатанія этого Тома, изъ Спасска (Казанской губ.) H. H. Галкинымъ-Врасскимъ, внукомъ того лица, къ которому адресованы письма. Помѣщая ихъ здѣсь, пользуемся и приложенными къ нимъ примѣчаніями г. Галкина, которыя отличаемъ отъ своихъ вносными знаками:
Николай Ѳедоровичъ Врасскій (род. въ 1782 г. ум. въ 1814 г.) принадлежалъ къ древнему дворянскому роду. Предки его участвовали въ завоеваніи Казанскаго царства и впослѣдствіи содѣйствовали основанію и укрѣпленію русской гражданственности въ этомъ краѣ, строя православные храмы въ своихъ вотчинахъ и помѣстьяхъ, заселяемыхъ русскими людьми. Но при отцѣ Николая Ѳедоровича и потомъ во время его малолѣтства, съ 1795 года, состояніе Врасскаго совершенно разстроилосъ и лишь немногое было сохранено, благодаря участію нѣкоторыхъ лицъ, и въ особенности Державина, который приходился ему дальнимъ родственникомъ. Въ доказательство глубокихъ чувствъ, которыя умѣла внушать къ себѣ высокая личность поэта неустанною готовностію дѣлать добро, не излишне привести слѣдующее юношеское стихотвореніе Врасскаго, оставшееся навсегда неизвѣстнымъ Державину:
Къ портрету Г. Р. Державина, который поставится въ Коротаяхъ въ моемъ кабинетѣ .
И милую сію страну моихъ отцовъ,
Дней юности моей смиренную обитель,
И хлѣбъ-соль сытную, и этотъ скромный кровъ,
И радость, и покой, все, все, мой покровитель,
На что ни погляжу, имѣю я тобой.
О! чѣмъ тебѣ воздать, отецъ, спаситель мои!
Упоминаемое здѣсь село Коротаи -- старинная вотчина Врасскаго, значащаяся по документамъ за его предками съ начала 17-го вѣка и нынѣ принадлежащая его дочери и единственной наслѣдницѣ Надеждѣ Николаевнѣ Галкиной .
Государь мой, Николай Ѳедоровичъ. На письмо ваше, въ сентябрѣ мною полученное, не зная гдѣ васъ найти, я отозвался чрезъ А. B. Страхова {Племянникъ Державина; см. о немъ письма 1790-хъ годовъ въ началѣ Тома.}, прося его пересказать вамъ мои мысли, какъ и теперь на полученное мною отъ декабря 6-го симъ отвѣтствую, что столь въ щекотливомъ дѣлѣ, когда идетъ противъ родительскаго расположенія сынъ, не зная всѣхъ обстоятельствъ извиняющихъ его передъ свѣтомъ и предъ совѣстію своею, не могу вамъ дать никакого благоразумнаго совѣта { Въ семейномъ архивѣ не осталось черноваго отпуска съ письма Врасскаго, о которомъ говоритъ здѣсь Державинъ. Должно полагать, что въ немъ Врасскій упомянулъ, для объясненія своего бѣдственнаго положенія, о несчастномъ пристрастіи своего отца къ одной недостойной личности. Державину это не могло понравиться. Между тѣмъ Врасскій былъ сынъ почтительный, съ глубокимъ, нѣжнымъ чувствомъ. Впослѣдствіи это не скрылось отъ Державина, и онъ принялъ въ дѣлахъ Врасскаго живое и полезное участіе .}.