Кудрявцев Петр Николаевич

Кудрявцев , Петр Николаевич , профессор Московского университета, род. 1816 г., ум. 18 января 1858 г. Отец его был священником на Даниловском кладбище в Москве. Матери он лишился очень рано. Детства своего П. Н. Кудрявцев не любил вспоминать, так как, по его словам, оно прошло в самой тяжелой обстановке. Образование будущий ученый получил сначала в семинарии, а затем в Московском университете по 1-му отделению философского факультета, и еще в бытность свою студентом обратил на себя своими способностями внимание Т. Н. Грановского. Уже в университете Кудрявцев начал литературную деятельность -- именно, напечатал две повести: Катенька Пылаева и Флейта , первую в Телескопе , а вторую -- в Московском Наблюдателе . Автор подписал их начальными буквами выбранного им псевдонима Нестроев (А. Н.). По окончании курса в университете он получил, благодаря рекомендации А. Д. Галахова, уроки русской словесности в институте обер-офицерских сирот московского воспитательного дома, где служил до августа 1843 г. Здесь П. Н. Кудрявцев скоро приобрел симпатию учениц: его преподавание было вполне чуждо схоластического изучения одной теорий словесности, которое господствовало тогда в учебных заведениях, он старался знакомить своих слушательниц с лучшими образцами отечественной словесности и для этого организовал, вместе с Галаховым, особый класс чтения, благодаря которому ученицы и имели возможность познакомиться даже с такими авторами, как Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Жуковский, изучение которых тогда не входило в программу преподавания. Педагогическая деятельность Кудрявцева не мешала ни его литературным занятиям, ни научным. Еще студенческие опыты сблизили его с Белинским, который в это время стоял во главе Московского Наблюдателя ; уезжая в Петербург, Белинский рекомендовал Кудрявцева на свое место редакции Русского Инвалида и Отечественных Записок , где он вел библиографический отдел. С этого времени в журналах появляется ряд рецензий, написанных Кудрявцевым. Самые крупные из них были: Об учебной книге русской словесности Греча , О споре между Голохвастовым и его противниками по поводу сочинения Голохвастова Об осаде Троицкой лавры , о сочинениях Языкова, Полонского, Фета ( Отечественные Записки ) и характеристика Мерзлякова (в Литературной Газете ). Кроме того, в Отечественных Записках и Современнике было напечатано несколько повестей Кудрявцева. Цветок , Недоумение , Живая картина , Последний визит , Ошибка , Сбоев , Без рассвета . Тонкий психологический анализ и грустное настроение были отличительными признаками беллетристических произведений Кудрявцева. Одну из его повестей ( Последний визит ) Белинский назвал первой истинно патриотической повестью на русском языке. Но главные труды П. Н. Кудрявцева были посвящены исторической науке. К марту 1845 г. Кудрявцев был отправлен за границу на казенний счет и пробыл там до средины 1847 г. Один семестр он занимался в Берлине, где слушал Шеллинга, один в Париже, а остальное время провел в Гейдельберге, Дрездене и Мюнхене, где с любовью изучал памятники искусства. Свои впечатления он излагал в письмах к Галахову, которые печатались в Русском Вестнике . По возвращении на родину в 1847 г., Кудрявцев стал читать лекции в Московском университете, сначала как преподаватель, а затем, после смерти Грановского (ум. 4 октября 1855 г.), был утвержден в звании профессора. Он читал курсы древней, средней и новой истории, но особенным успехом пользовались его лекции по истории древнего Востока, обогатившейся тогда множеством важных открытий. С этого же времени появляется в печати длинный ряд трудов Кудрявцева по истории Западной Европы. Уже раньше он представил диссертацию на степень магистра: Папство и империя в IX, X, XI и в начале ХII столетия , но она не была принята философским факультетом Московского университета, вследствие того, что декан Шевырев усмотрел в ней симпатии к папству. В 1846 г. в Отечественных Записках появились две статьи Кудрявцева по истории искусства, которое было всегда его любимым предметом: Бельведер и Венера Милосская , в первой автор дал превосходную характеристику итальянских художников. В 1850 г. Кудрявцев блестяще защитил диссертацию на степень магистра: Судьбы Италии от падения Западной Римской империи до восстановления ее Карлом В. . В этой книге он отмечает значение Лангобардского начала в истории Италии и дает замечательную характеристику Каролингской династии. В 1851 г. он выступил с горячо написанной статьей: О достоверности истории ( Отечественные Записки ), в которой защищал свой предмет против записки президента Академии Наук С. С. Уварова: Достовернее ли становится история , -- в этой последней утверждалось, что история -- не что иное, как цепь преданий, и отрицалось за ней всякое научное значение. В 1852 г. Кудрявцев начал печатать в Отечественных Записках статьи: Каролинги в Италии ; статьи эти являлись продолжением его диссертации. В них изображалось зарождение итальянской нации и указывались ее отличительные черты -- к истории Италии Кудрявцев питал особенный интерес, потому что страна эта в его время боролась за свое единство и независимость. Из трех статей, написанных Кудрявцевым на эту тему, могла быть напечатана только одна, так как остальных цензура не хотела пропустить в том виде, как они вышли из-под пера автора; насколько мелочны были придирки, видно из того, что цензор не хотел пропустить рассказ об одном убийстве в Латеранском дворце и о заступничестве папы за убийц перед императором, как бросающую дурную тень на св. отца; Кудрявцев со своей стороны не согласился на исправления и его статьям об Италии при Каролингах не пришлось увидеть света при жизни автора. В том же году в сборнике Пропилен , издававшемся под редакцией П. М. Леонтьева, появился прекрасный этюд Кудрявцева о знаменитой трагедии Софокла: Эдип царь и замечательная рецензия его на книгу Бабста: Государственные мужи древней Греция в эпоху ее распадения под заглавием: Последнее время греческой независимости , а в Отечественных Записках -- статья: О современных задачах истории , вызванная чтениями Грановского на ту же тему. В своей рецензий на книгу Бабста Кудрявцев указал на односторонность ее: Бабст в своей книге старался доказать необходимость для Греции в последнее время ее независимости подчиниться власти македонских царей, которая одна могла дать ей единство, и упрекал Демосфена и его партию за близорукость; Кудрявцев возражал на это, что вся предшествующая история Греции не могла привести к единству. Особенно интересны слова его об Эсхине и его противниках: Благородно, говорит он, всякое усилие поднять несправедливо опозоренное имя в истории (разумеется Эсхин), но иное дело, когда за недостатком материала для оправдания, защита выставляет равносильные обвинения против других (противников Эсхина). Эти слова прекрасно рисуют нравственный образ Кудрявцева, как человека, стремившегося прежде всего к беспристрастию. В статье его по поводу чтений Грановского указывается тесная связь истории с другими науками, особенно с психологией и естествоведением, хотя в последнем случае Кудрявцев никогда не шел так далеко, как впоследствии многие ученые шестидесятых годов последователи Бокля.