Ключ от улиц, или Лондон ночью

Всеобщее мнѣніе утверждаетъ, что въ Лондонѣ каждое утро просыпаются семьдесятъ-тысячъ такихъ людей, которымъ совершенно неизвѣстно, гдѣ будетъ покоиться ихъ голова съ наступленіемъ ночи. Цифра эта можетъ быть выше или ниже дѣйствительнаго количества, но то неоспоримо, что тысячи человѣкъ находятся въ самомъ затруднительномъ недоумѣніи относительно своего ежедневнаго ночлега, и что большая часть разрѣшаетъ эту задачу наименѣе-удовлетворительнымъ для себя образомъ, а именно, неложась вовсе.
Люди, проводящіе ночь на своихъ ногахъ, или ночующіе на чистомъ воздухѣ, могутъ быть раздѣлены на два класса: къ первому принадлежать редакторы журналовъ, будочники, огородники и всѣ тѣ, которыхъ трудъ или ихъ профессія удерживаютъ внѣ постели; ко второму -- такіе люди, которые не ложатся въ постель по самой простой причинѣ, потому-что постели у нихъ нѣтъ. Можно, пожалуй, составить и третій классъ изъ любителей, художниковъ или писателей, желающихъ изучать актёровъ ночныхъ сценъ, если не принимать въ нихъ участіе самимъ.
Членовъ втораго класса, самаго многочисленнаго изъ трехъ, называютъ въ шутку обладателями ключа отъ улицъ, ключа мало цѣнимаго, отпирающаго вамъ множество таинственныхъ ларчиковъ, не знать содержанія которыхъ не было бы для васъ большимъ лишеніемъ; этотъ истинно-сказочный ключъ - невидимка ведетъ въ мѣста, которыхъ вамъ никогда не случалось видѣть, которыхъ не захочется вамъ увидѣть въ другой разъ; это печальный ключъ знанія, которое, недѣлая человѣка болѣе-мудрымъ, непремѣнно сдѣлаетъ его болѣе-серьёзнымь.
Слѣдуйте за мной. Изучите со мною вены и артеріи этого заснувшаго исполина. Послушайте, какъ отпираю я ключомъ отъ улицъ этотъ огромный каменный сундукъ и достаю изъ него книгу съ огромными гранитными страницами, подъ заглавіемъ: Лондонъ ночью.
Въ эту ночь у меня нѣтъ крова. Отчего? Все-равно. Можетъ-быть, потерялъ я ключъ отъ двери своей квартиры; можетъ-быть, у меня никогда его не было и я не хочу будить послѣ полуночи свою хозяйку; можетъ-быть это капризъ, прихоть? Главное дѣло въ томъ, что у меня нѣтъ на эту ночь крова, и что карманъ мой пустъ, за исключеніемъ девяти пенсовъ, а именно: серебряной монеты въ шесть пенсовъ и мѣдной въ три; итакъ, я осужденъ бродить всю ночь по улицамъ, потому-что, да будетъ вамъ извѣстно, найдти что-нибудь похожее на постель -- дешевле шиллинга невозможно. Гостинницы, въ которыхъ, увлеченный утлою ихъ наружностью, смиренно просилъ я мѣстечка, отвергли съ горькою ироніей мои девять пенсовъ: имъ надо восьмнадцать. Баспословная сумма! Они дерзаютъ даже спрашивать съ меня два шиллинга. Ясно, что для меня нѣтъ постели!