Проклятый дом

(изъ святочныхъ разсказовъ Диккенса).
Когда я впервые познакомился съ домомъ, составляющимъ предметъ настоящаго разсказа, то при этомъ не произошло ничего такого, что, по общепринятому повѣрью, неизбѣжно происходитъ тамъ, гдѣ въ дѣло бываетъ замѣшана чертовщина. Я увидѣлъ этотъ домъ днемъ при солнечномъ освѣщеніи. Не было ни вѣтра, ни дождя, ни молніи, ни грома,-- ни одно ужасающее или необычайное обстоятельство посодѣйствовало возвышенію произведеннаго имъ эффекта. Мало того, я пришелъ къ нему прямо со станціи желѣзной дороги, отъ которой онъ отстоялъ не болѣе какъ на милю, такъ что, готовясь войти въ него и оглянувшись на пройденный мною путь, я могъ видѣть товарный поѣздъ, плавно катившій вдоль насыпи среди долины. Я не хочу этимъ сказать, чтобы все было буднично до пошлости, потому что не думаю, чтобы на свѣтѣ что либо могло быть такимъ -- развѣ только для пошлыхъ людей -- но я осмѣливаюсь утверждать, что домъ этотъ могъ и всякому другому въ любое ясное осеннее утро представиться такимъ же, какимъ онъ представился мнѣ.
Попалъ же я въ него вотъ какими судьбами.
Я ѣхалъ изъ сѣверныхъ графствъ, по направленію къ Лондону, намѣреваясь остановиться на пути и осмотрѣть вышеупомянутый домъ. Здоровье мое требовало, чтобы я пожилъ нѣсколько времени въ деревнѣ; одинъ изъ моихъ пріятелей, знавшій объ этомъ и случайно проѣзжавшій мимо этого дома, подалъ мнѣ мысль, что не худо бы избрать его своею резиденціею. Я сѣлъ въ вагонъ ровно въ полночь, заснулъ, потомъ проснулся, просидѣлъ нѣсколько времени, любуясь изъ окна на яркое сѣверное сіяніе, опять заснулъ и проснулся уже на разсвѣтѣ, какъ водится въ пасмурномъ расположеніи духа и съ такимъ ощущеніемъ, какъ будто я всю ночь не смыкалъ глазъ. Я такъ твердо былъ увѣренъ въ послѣднемъ фактѣ что, стыжусь сказать, въ первыя глупыя минуты своего пробужденія, кажется готовъ былъ цо этому поводу побиться объ закладъ съ своимъ vis-à-vis и при этомъ былъ вовсе не прочь отъ рукопашной схватки. У этого vis-à-vis -- таковъ уже обычай всѣхъ подобныхъ ему людей -- оказалось въ теченіе ночи что-то ужъ очень много лишнихъ ногъ и всѣ эти ноги оказались не въ мѣру длинными.