О чистоте языка

В хорошем обществе во время файфоклока принято говорить о засорении и порче языка.
Известно, например, что знаменитый французский писатель Марсель Прево на вопрос, чему он посвящает свои досуги, не без скромности ответил:
-- Главным образом изучению французского.
Ввиду того что русские, собравшиеся за границей, сплошь принадлежат к хорошему обществу, не говоря уже о том, что время они проводят исключительно за файфоклоком, рассуждения о засорении родного языка принимают характер непрерывного и взаимного угощения.
Вздыхают не только о денационализации эмигрантских детей, но и о папах с мамами.
Все, разумеется, относительно.
Или, как здесь выражаются, са-депант...
Иван Сергеевич Тургенев половину своей жизни провел за границей и, несмотря на это, создал тургеневский язык.
Каким образом за семь-восемь лет заграничной жизни умудрились мы этот язык испортить, пусть решают ответственные и безответственные распорядители файфоклока.
По совести говоря, я думаю, что в разговорах о порче, засорении и искажении есть просто много кичливости и истерики, самовлюбленного сумбура и некоторой раздражительной амбиции.
Есть такие вечно обиженные мужчины, считающие своей священной обязанностью охранять народное достояние, хотя никто и никогда и никакого достояния им не поручал.
А затем... почему-то всегда так выходит.