Черный Петр

Переводъ Н. Д. Облеухова.
Изданіе Д. П. Ефимова. Москва, Большая Дмитровка, домъ Бахрушиныхъ.
1904.
Весь 1895 годъ Гольмсъ чувствовалъ себя прекрасно. Здоровье его не оставляло желать ничего лучшаго, а умственная дѣятельность достигла своего апогея. Слава его гремѣла повсюду, и отъ кліентовъ не было отбою. Наша скромная квартирка на Бекеровской улицѣ посѣщалась чрезвычайно важными особами. Я никогда не осмѣлюсь назвать тѣхъ высокопоставленныхъ лицъ, съ которыми мнѣ пришлось познакомиться въ этотъ періодъ времени.
Впрочемъ, Гольмсъ извлекъ небольшую выгоду изо всѣхъ этихъ знакомствъ. Какъ и всѣ великіе художники, онъ признавалъ только искусство для искусства и не любилъ брать большую плату за свой трудъ. Единственный случай, когда онъ нашелъ нужнымъ вознаградить себя, это -- исторія съ лордомъ Гольдернесомъ, уже разсказанная читателямъ.
Да, онъ до такой степени зналъ житейскую мудрость, онъ до такой степени былъ капризенъ, что отказывалъ въ своей помощи вліятельнымъ и богатымъ людямъ. Этотъ отказъ слѣдовалъ неизмѣнно во всѣхъ тѣхъ случаяхъ, когда предлагаемое дѣло не нравилось Гольмсу.
И наоборотъ: онъ усерднѣйшимъ образомъ по цѣлымъ недѣлямъ трудился надъ дѣломъ какого-нибудь жалкаго бѣдняка только потому, что оно казалось ему страннымъ, драматическимъ, или же давало просторъ воображенію и логическимъ умозаключеніямъ.
Въ этотъ памятный для меня 1895 годъ Гольмсу пришлось провести цѣлую серію интереснѣйшихъ и не похожихъ одно на другое дѣлъ. Между прочимъ онъ закончилъ въ это время свое знаменитое изслѣдованіе о причинахъ внезапной смерти кардинала Тоско. Дѣло это было поручено моему пріятелю самимъ его святѣйшествомъ папою. Тогда же Гольмсъ раскрылъ злодѣянія знаменитаго торговца канарейками Вильсона; арестъ этого Вильсона былъ для всей восточной части Лондона истиннымъ благодѣяніемъ. Послѣ этого намъ пришлось заниматься трагической исторіей въ Вудмансъ-Ли и разслѣдовать дѣло о смерти капитана Петра Кэри. Смерть эта произошла при чрезвычайно загадочной обстановкѣ, и мнѣ хочется разсказать эту необыкновенную исторію моимъ читателямъ. Безъ нея лѣтопись о Гольмсѣ была бы не полна.