Загадка Торского моста

Был октябрь месяц. Ветер в то утро яростно бушевал, и я смотрел, как крутятся в вихре последние листья, сорванные с платана, растущего в нашем дворе. Когда я спустился вниз к раннему завтраку, то предполагал найти своего друга в совершенно подавленном состоянии духа; он был чрезвычайно чувствителен ко всяким внешним влияниям. К моему глубокому изумлению, он собирался уже подняться из-за стола. Настроение у него, повидимому, было самое благодушное, И в его веселости была нотка чего-то зловещего.
-- Холмс, вы занялись, каким-то делом? -- спросил я.
-- Я вижу, что способность к дедукциям заразитeльна, Ватсон! -- ответил он мне. -- Да, вы не ошибаетecь, я занялся одним делом. После целого месяца полной остановки машина снова пускается в ход.
Через четверть часа, когда со стола было убрано, мы с Холмсом сидели друг против друга. Он вынул из кармана письмо.
-- Вы знаете, -- сказал он мне, -- Нейля Джибсона, золотого короля?
-- Американского сенатора?
-- Да, но вот уже пять лет, как он живет в Англии и стал владельцем огромного поместья в Хэмпшире. Вам, конечно, известна трагическая смерть его жены.
-- Да, да, припоминаю, но подробностей дела не знаю.
Холмс сделал жест в сторону лежавших на стуле газет.
-- Я не предвидел, что мне придется им когда-либо заняться, -- сказал он. -- Впрочем, дело это, повидимому, не представляет особенных трудностей для разрешения. Исход его не оставляет никаких сомнений. Я могу, Ватсон, рассказать факты, но не могу их изменить. Если против всякого ожидания никаких новых фактов не обнаружено, то я боюсь, что моему клиенту не придется убаюкивать себя никакими надеждами.
-- Вашему клиенту?
-- Ах, да, я и забыл! Ваша привычка, Ватсон, овладевает и мною: я помещаю телегу впереди быков. Вот прочтите.