Из писем к П. Б. Аксельроду

1881-1896
П. Аксельрод познакомился с М. П. Драгомановым в Женеве в 1876 г., еще будучи убежденным бакунистом. В то время М. Драгоманов представлял правый фланг русской эмиграции в Женеве, но находился в близких сношениях с революционерами различных направлений и взглядов (См. Пережитое и передуманное , кн. 1-ая. стр. 184-185).
В 1880 г. обе фракции революционного движения в России считали М. Драгоманова более или менее близким себе человеком. Так П. Аксельрод, посылая за границу своим товарищам эмигрантам-чернопередельцам проект программы Великорусского Общества Земли и Воли , считал, что М. Драгоманов мог бы быть, с пользой для дела, привлечен к обсуждению этого проекта (см. примечание ко 2-ому письму С. Кравчинского П. Аксельроду). С другой стороны, А. Желябов в мае 1880 г. обратился к М. Драгоманову с письмом, в котором спрашивал его мнение о программе партии Народной Воли и от имени Исполнительного Комитета просил его взять на себя задачу склонять общественное мнение Европы в пользу народовольчества, принять деятельное участие в злобе дня родной страны и стать хранителем заграничного архива партии. По существу, это было предложение М. Драгоманову стать заграничным представителем партии Народной Воли .
Но из этих попыток обеих фракций сблизиться с М. Драгомановым ничего не вышло, так как основывались эти попытки, в значительной мере, на слабом знакомстве российских кружков с действительными взглядами редактора Громады .
Чернопередельцы-эмигранты (Г. Плеханов, В. Засулич, Я. Стефанович и Л. Дейч), считавшие М. Драгоманова либералом и украинским националистом, отклонили предложение П. Аксельрода о привлечении его к обсуждению проекта партийной программы. А от предложения А. Желябова М. Драгоманов сам отказался по мотивам, которые позже изложил в Вольном Слове : взять на себя специальную миссию посредника между какою бы то ни было русскою партией и европейским общественным мнением М. Драгоманов считал для себя невозможным, так как, оставивши даже крупные теоретические разногласия с существующими русскими фракциями , он ни к какой русской партии не принадлежал и, по своей специальной работе для своей украинской родины, и принадлежать не мог ( К биографии А. И. Желябова , В. Слово , NoNo 39 и 40).