Деревенский рассказ

Золотой телецъ тщеславія, вырастая,
превращается въ быка Фамеридова.
Ж. П. Рихтеръ.
Между помѣщиками двухъ сосѣднихъ уѣздовъ будиловскаго и ракитинскаго --й губерніи, издревле существовала и, кажется, понынѣ отчасти существуетъ непріязнь, ничѣмъ неоправдываемая. Будиловскіе и ракитинскіе дворяне, по самому географическому положенію своихъ имѣній, обязанные жить дружно, не хотятъ водить между собой ни дружбы, ни согласія. Передъ исторіей ихъ распри меркнетъ повѣсть о Капулетахъ и драматическія ссоры Аштоновъ съ Равенсвудами кажутся чѣмъ-то блѣднымъ. Безъ всякой причины и надобности, безъ всякаго предлога и основанія оба названные уѣзда долго пылали гнѣвомъ другъ на друга. Еслибъ въ старое время вы спросили ракитинскаго дворянина о томъ, что онъ думаетъ о будиловскихъ помѣщикахъ,-- онъ непремѣнно назвалъ бы ихъ чудаками, камчадалами, достойными носить звѣриную кожу, въ знакъ свирѣпства, и красный колпакъ, въ ознаменованіе своего тупоумія. Отнеситесь съ такимъ же вопросомъ къ будиловцу и онъ объявитъ вамъ съ усмѣшкою, что ракитинское населеніе состоитъ изъ франтовъ; мотарыгъ, вертоплясовъ и щеголей египетскихъ. Выраженіе египетскій щеголь мнѣ случалось встрѣчать только въ одномъ будиловскомъ уѣздѣ; -- сколько можно вообразить себѣ,-- оно означаетъ фата, самаго надмѣннаго и безобразнаго.
Начало непріязни теряется въ сумракѣ отдаленныхъ періодовъ исторіи. Надо знать, что оба названные нами уѣзда, на подробной губернской картѣ, представляютъ нѣчто въ родѣ двухъ довольно длинныхъ лентъ, лежащихъ рядомъ и оттого соприкасающихся одна другой во все свое протяженіе. Нужно думать (и какъ искусно развилъ бы эту гипотезу одинъ изъ моихъ ученыхъ пріятелей, недавно издавшій цѣлый трактатъ о значеніи камаринской пѣсни въ XIII столѣтіи!), нужно полагать, что по причинѣ постоянныхъ пограничныхъ столкновеній, крестьяне первые начали непріязненныя дѣйствія между собою, вѣка за три до нашего дня. Тамъ скашивалась чужая пожня, тамъ потравливался сосѣдскій овесъ, а инде происходила и кулачная потасовка. Въ архивахъ уѣзднаго суда можно видѣть несомнѣнное тому доказательство. Но изслѣдованіе основаній повело бы насъ слишкомъ далеко, а передъ нами находится еще долгій разсказъ о событіяхъ болѣе близкихъ къ нашему времени.