В Европах

Это были два воротника -- высокие, стоячие, двойные... No 39. Когда-то я заплатил за них семь рублей за дюжину. Теперь из дюжины уцелели только эти два, и из-за них я завтра должен умереть.
Не могу сказать про них ничего дурного. Это были хорошие воротники прочного голландского полотна. Но здесь, в Берлине, я купил себе новые воротники -- две дюжины, гораздо дешевле и лучше прежних.
Я вернулся к себе в гостиницу. В номере на столе лежал мой старый воротник -- тот, прежний. Я открыл форточку и выбросил его на улицу. Потом разделся и лёг. Но тотчас же встал, отыскал второй воротник из той же семирублёвой дюжины и тоже выкинул в окно.
В Берлине мне надо было присутствовать на нескольких заседаниях в рейхстаге, после чего меня ждал Париж. Поэтому на следующее утро я вышел из гостиницы с целью осмотреть его и другие берлинские достопримечательности. Швейцар, приподняв фуражку с золотым галуном, подал мне небольшой свёрток.
-- Что это? -- спросил я.
-- Ваши воротнички... Вчера изволили потерять.
Я пробормотал что-то в ответ, благодаря швейцара, а он продолжал:
-- Чистильщик улицы принёс. Их нашла его жена, и он просит 40 пфенингов.
-- Хорошо, запишите в мой счёт.
Воротнички были необыкновенно аккуратно упакованы и перевязаны. Я вскочил в проезжавший мимо омнибус и через две минуты поспешно его покинул.
-- Господин! -- закричали мне вдогонку. -- Вы забыли! Господин!
Я притворился, что не слышу. Но тут поднялась суматоха. Пассажиры взволновались, двое выскочили и побежали за мной. С империала махали мне зонтиками, соломенными шляпами и платками. Толстый немец, очень красный и взволнованный, подбежал ко мне, держа в руках свёрток: