Заяц моего деда

Вступительная беседа
Уважаемые читатели, если вы следили за моей литературной и частной жизнью хотя бы самую малость, то это освободило бы меня от необходимости сообщать, что с 11 декабря 1851 года по январь 1854 года я жил в Брабанте, а точнее, в Брюсселе.
Четыре тома «Консьянса Невинного», шесть томов «Пастора из Ашберна», пять томов «Исаака Лакедема», восемнадцать томов «Графини де Шарни», два тома «Екатерины Блюм» и двенадцать-четырнадцать томов «Воспоминаний» относятся именно к этому периоду.
Моим биографам придется немало потрудиться, чтобы выяснить имена моих соавторов, написавших все эти пятьдесят томов.
Ибо, как вы прекрасно знаете, уважаемые читатели, — а моим биографам это известно лучше, чем кому бы то ни было! — я не написал ни одной из двенадцати сотен своих книг.
Да явит Господь свою безграничную милость и смилуется над описателями моей жизни, как и надо мной самим!..
Сегодня, дорогие читатели, я предлагаю вашему вниманию еще одну повесть.
Но поскольку я не хочу, чтобы имя ее автора осталось неизвестным — как это произошло с другими — в этой вступительной беседе я расскажу, как она появилась на свет. Оставляя за собой право на звание крестного отца, державшего ее над издательской купелью, я сообщу имя ее истинного родителя.
Итак, ее настоящий отец — господин Де Шервиль.
Господин Де Шервиль для вас, дорогие читатели. Для меня же он просто Шервиль.
В добровольном изгнании, на которое я себя обрек, поселившись в этом славном городе, время текло быстро и приятно.
В большом салоне на улице Ватерлоо, в доме № 73, почти каждый день собиралось несколько близких мне людей: Виктор Гюго, Шарра, Эскирос, Ноель Парфе, Этцель, Пеан, Шервиль и другие.