Эписин, или Молчаливая женщина

перевод Е. и Р. БЛОХ
ПЕТЕРБУРГ 1921
Я не хочу равняться с теми, кто был до меня, но требую, чтобы мои мнения рассматривались вместе с их мнениями, и чтобы нам доверяли, поскольку мы этого заслуживаем. Я не создал секты, не примыкаю ни к одной из них и не хочу вербовать себе сторонников; но если я в чем-нибудь прав -- защищайте мой взгляды не ради меня, а ради Истины, если только это ведет к общему благу.
Бен Джонсон. Открытия.
Эпоха Елизаветы и Якова принадлежит к числу наиболее блестящих не только в истории английского театра, но и театра мирового. Совпадая хронологически с моментом высокого под'ема национального самосознания и необычайным усилением внешнего могущества Англии, она выдвинула на историческую сцену целую плеяду драматургов, сумевших в короткое время вызвать к жизни драматическую систему, которая могла поспорить по оригинальности и талантливости со всем, что было создано в этой области другими народами, и надолго сделала Англию средоточием драматической мысли.
Возрождение, которое во всех странах Европы протекало в существенных чертах по одним и тем же фазисам, получило в Англии особенную окраску. Консерватизм и пристрастие к национальным традициям, отмечающие политическую и социальную историю Англии, на всем ее протяжении должны были сказаться особенно резко в эпоху перелома и определить собой новое национальное лицо. Связь с средневековьем была настолько целостной и органичной, что никакие влияния извне не могли ее нарушить, и даже в тех случаях, когда существенно менялось содержание, внешняя форма стойко оказывала сопротивление всяким попыткам ее сломить.
Смешение старого и нового, воскресающего духа античности с навыками, унаследованными от предков, составляет одну из характерных сторон культурной жизни Англии XVI века и, конечно, печать этого смешения неминуемо должна была лечь на ее театрально-драматическое развитие. В то время, как в Италии зарождение национального театра совершалось под лозунгом реставрации классической трагедии и комедии в образе Сенеки, Плавта и Теренция и все новое, так или иначе, связывало себя с античной традицией, ставшей единственным непререкаемым каноном, в Англии, с первых же шагов, национальная основа дала почувствовать свое превосходство и тем самым устранила возможность механической подражательности. При этом эпоха расцвета английского театра наступила на полстолетие позже деятельности итальянских драматургов, проложивших пути неолатинской и новеллистической комедии, а потому английским писателям пришлось иметь дело не только с латинскими образцами, но и с тем, что было до этого времени сделано на континенте. Перед ними, таким образом, открывался широкий простор в выборе тем и методов их интерпретации, дававший каждому возможность примкнуть к наиболее ему соответствовавшему направлению. Вопросы допустимости или недопустимости того или иного типа пьес, сильно волновавшие литературные круги Италии и одно время даже сделавшиеся лозунгом театрального дня, если не всегда замалчивались, во всяком случае носили отвлеченный характер и на практике нисколько не отражались.