Дела и дни

Складчина. Литературный сборникъ составленный изъ трудовъ русскихъ литераторовъ въ пользу пострадавшихъ отъ голода въ Самарской губерніи
С.-Петербургъ, 1874
(Emerson. Society and Solitude).
Русскіе читатели почти вовсе не знакомы съ Эмерсономъ. Но кто не знаетъ его, тотъ не знаетъ самаго оригинальнаго изъ нынѣшнихъ представителей литературнаго генія англосаксонской расы. Правду сказать, Эмерсонъ пользуется популярностью почти исключительно въ Америкѣ и, отчасти, въ Англіи. Можетъ быть главная тому причина -- слогъ его, въ высшей степени своеобразный,-- слогъ, который чрезвычайно трудно передать на другомъ языкѣ; а мысль у Эмерсона, едва ли не болѣе чѣмъ у всѣхъ другихъ писателей, нераздѣльна со слогомъ.
Но кто узналъ Эмерсона, тотъ не можетъ не полюбить его, тотъ не перестанетъ питаться съ наслажденіемъ вдохновенною, сильною его рѣчью. Въ Америкѣ имъ вскормлено, взрощено не одно поколѣніе, потому что старику Эмерсону уже болѣе 70 лѣтъ; но онъ живетъ еще, бодрый, около Бостона, близъ Гарвардской коллегіи, и отъ времени до времени слышится еще вдохновляющій его голосъ въ публичныхъ чтеніяхъ -- любимой формѣ, въ которой американскіе писатели обращаются къ публикѣ. Почти всѣ сочиненія Эмерсона появлялись въ этой формѣ. Послѣдняя изданная имъ серія чтеній появилась въ свѣтъ нѣсколько лѣтъ тому назадъ, подъ заглавіемъ: Общество и уединеніе , и состоитъ изъ 12 статей, изъ коихъ одна предлагается теперь вниманію русскаго читателя.
Около сорока лѣтъ уже прошло съ тѣхъ поръ какъ Эмерсонъ началъ первыя свои чтенія, но и до сихъ поръ, при всякомъ объявленіи о новомъ рядѣ его чтеній, точно искра энтузіазма пробѣгаетъ по всѣмъ сѣвернымъ штатамъ. Кажется,-- по выраженію другаго замѣчательнаго американца Лорля (Му Study Windows), будто послышалось дыханіе весны, идущей обновить лицо земли. Тысячи съѣзжаются слушать его отовсюду, и отходятъ, возбужденные, обновленные духомъ. Національное значеніе Эмерсона таково, что по отзыву многихъ американцевъ, въ послѣднюю войну, его дѣйствію и вліянію слѣдовало приписать значительную долю того одушевленія, съ которымъ тысячи юношей шли весело въ бой и на смерть за отечество. Въ немъ бьется жила того пуританскаго духа, который создалъ новую Англію, и составляетъ до сихъ поръ основу духовныхъ началъ кореннаго и здороваго американскаго населенія. Главные представители этого духа въ американской литературѣ -- Готорнъ (уже умершій) и Эмерсонъ. И тотъ и другой пользуются въ Америкѣ величайшею популярностью, можетъ быть потому именно, что оба, въ самомъ разгарѣ рынка, на которомъ живетъ Америка, въ кругу матеріальныхъ интересовъ, проповѣдывали толпѣ -- о духѣ, обличая и возбуждая въ каждой душѣ духовные инстинкты и стремленія.