Строгий ошейник

Строгий ошейник -- это технический термин, который принят в единственном, кажется, на Руси институте , отнюдь не подозреваемом в какой-либо крамоле: институте полицейских собак.
В этом институте царит гуманность: собак отнюдь не бьют. По свидетельству вечерней Биржовки , единственным средством наказания является так называемый строгий ошейник с острыми гвоздями, который одевается на непослушную собаку. Как только собака исправилась, ошейник переворачивают гладкой стороной.
Это большой прогресс в мире животных. Согласитесь, что всякому псу лестно, ежели его не бьют походя смертным боем. А насчет ошейника с острыми гвоздями пес, конечно разумный, так понимает: если, мол, буду я начальственно послушен, так его гладкой стороной повернут и скажут: Носи на здоровье . Так, мол, лучше же буду я начальственно послушен, и будет мне благо. Неповиновение начальству суть крамола, и как таковая, она неукоснительно доводит до ошейника с острыми гвоздями.
Но не напоминает ли эта собачья конституция что-то такое весьма знакомое, что-то истинно русское? Не есть ли этот строгий ошейник просто перевод с русского конституционного языка?
Если присмотреться, мы заметим полное тождество.
Как в собачьей конституции , так и в человечьей господствует один и тот же принцип: сперва успокоение, потом реформы. Реформы предполагаются в том, что ошейник перевернут гладкой стороной к шее. Вопрос же о необходимости существования самого ошейника даже не ставится.
Строгий ошейник исключительных положений с острыми зубьями простых, усиленных, чрезвычайных охран десятки лет терзает шею русского народа. Ежегодно объявляется, что одевается он на год в чаянии исправления . И каждый год чаяния не оправдываются, и гладкую сторону обыватель видел только мельком в дни 1905 года, когда энергичным движением ошейник был сброшен хоть ненадолго.
Такое человеческое упорство могло бы навести на размышления: правда ли, что нужен ошейник? Можно ли выдрессировать целый народ в направлении начальственной послушности? Но так как Юпитер захотел наказать дрессировщиков , то отнял у них разум. Другое понимание, другая идеология жизни им не доступны. Они держатся за свой ошейник, они охраняют его всеми силами.