Смерть работает кузнецом

В давние времена было на свете семьдесят семь болезней и семьдесят семь смертей. У каждой болезни своя смерть, у каждой смерти угольно-черные крылья.
Однажды в тяжелый неурожайный год послал Старик на землю сразу все семьдесят семь смертей и сказал каждой смерти, сколько людей она должна свести в могилу.
Семьдесят шесть смертей без всякой пощады выполнили приказ Старика, но семьдесят седьмая смерть никак не могла справиться со своей задачей. Дело в том, что она была слишком мягкосердечна: то ей было жаль одного человека, то другого, то она не решалась умертвить того, то другого, кто был нищетой и голодом, казалось, обречен смерти. Вот ей и пришлось еще долго после своих подруг бродить по земле потому, что ей не хватало еще одной души, а без этой недостающей души нельзя было и думать появиться перед Стариком.
Однажды она собралась с силами, ожесточила свое сердце и явилась в дом старого столяра, единственного сына которого она уже давно заприметила. Она подошла к изголовию кровати мальчика, как это в таких случаях было принято у нее и ее подруг. Больному мальчику сразу стало очень плохо, и он потерял сознание.
Бедные родители громко плакали и молили судьбу, чтобы она пощадила их единственного ребенка. И от этой жалобной мольбы в сердце семьдесят седьмой смерти растаяла холодная жестокость, она не выдержала, отошла от изголовья ребенка и встала в ногах. И больной сразу стал выздоравливать и уже на следующий день благополучно встал с постели.
Семьдесят седьмая смерть не знала, что теперь делать, и решила:
— Будь что будет, пойду сейчас прямо к Старику и расскажу, как это случилось!
Выслушав семьдесят седьмую смерть, Старик очень разозлился — он сердито топнул ногой, снял со стены огромные ножницы и обрезал угольно-черные крылья семьдесят седьмой смерти. Потом погрозил пальцем и сказал:
— Смотри у меня, вот ты что наделала! А теперь не иначе как придется тебе сразу вернуться на землю, стать человеком и научиться жестокосердию! Как только научишься, вернешься сюда и получишь свою прежнюю должность.