Михаил Васильевич Новорусский

Михаилъ Васильевичъ Новорусскій вышелъ изъ среды того низшаго сельскаго духовенства, жизнь котораго по матеріальнымъ и моральнымъ условіямъ мало чѣмъ отличается отъ жизни нашего крестьянства.
Его отецъ былъ псаломщикомъ въ селѣ Новой Руссѣ демянскаго уѣзда Новгородской губ.; тамъ въ сентябрѣ 1861 г. и родился М. В. Вся домашняя обстановка была чисто крестьянская, съ обиліемъ нужды и всякихъ горестей. Дѣтей было 13 человѣкъ (изъ нихъ отъ болѣзней умерло семеро); М. В. былъ не изъ старшихъ, но, какъ и во всякой крестьянской семьѣ, ребенкомъ ему приходилось няньчить младшихъ братишекъ и сестру. Порой это такъ досаждало ему, что у него осталось воспоминаніе, какъ отъ всей дѣтской души онъ желалъ смерти одному изъ своихъ питомцевъ, и какъ горько потомъ плакалъ и упрекалъ себя за злыя пожеланія, когда смерть дѣйствительно унесла докучливаго братишку, мѣшавшаго ему играть на улицѣ. Нужда, при обиліи дѣтскихъ ртовъ, была такъ велика, что каждый кусокъ былъ на счету, и старая ворчливая бабушка, присматривавшая въ избѣ во время работъ родителей въ полѣ, отравляла жизкь вѣчно голоднымъ ребятамъ своей воркотней и попреками за неутолимый аппетитъ.
Первоначальное воспитаніе М. В. получилъ, какъ всѣ деревенскія дѣти, -- на улицѣ. Съ цѣлой ватагой сверстниковъ онъ рыскалъ но нолямъ и болотамъ, проводя цѣлые дни въ лѣсу или на рѣкѣ, и, вообще, велъ жизнь естественнаго человѣка, какъ ведутъ заброшенныя дѣти нашихъ селъ и весей. Эта нищета и вѣчная забота о завтрашнемъ днѣ, царившія дома, жизнь въ тѣснотѣ и удушьи. исполненномъ мелкихъ хозяйственныхъ дрязгъ, рано раскрыли передъ М. В. всю оборотную сторону человѣческаго существованія, -- и онъ вышелъ закаленнымъ противъ всякихъ матеріальныхъ невзгодъ и глубокимъ реалистомъ, для котораго иллюзій, кажется, не существуетъ. Кромѣ того, изъ него вышелъ человѣкъ труда, не знающій ни устали, ни апатіи, ни даже передышки. Побратимство или, лучше сказать, полное сліяніе въ дѣтствѣ съ окружающей средой тоже наложили на М. В. свою печать, давъ ему полное знаніе народа. Но съ виду, пожалуй, холодное и критическое отношеніе къ деревенскому люду, вынесенное изъ блмзкаго сношенія съ обнаженнымъ отъ всякихъ прикрасъ мужикомъ, скрываетъ въ немъ глубокую сдержанную любовь къ этимъ пасынкамъ жизни. Выйдя изъ духовнаго сословія, М. В. прекрасно знаетъ и эту среду, въ которой тѣни едва ли не больше, чѣмъ во всякомъ другомъ сословіи, но всѣ недостатки и темныя стороны и до сихъ поръ не погасили въ немъ любовнаго отношенія къ этому своеобразному мірку. Самаго поверхностнаго знакомства съ М. В. достаточно, чтобъ открыть это подводное теченіе въ душѣ его.