Моя няня

Этотъ разсказъ имѣетъ автобіографическій характеръ. Онъ написанъ въ Шлиссельбургѣ въ 1892 г. по просьбѣ моего товарища, H. А. Морозова, чѣмъ и объясняются начальныя строки разсказа.
В. Фигнеръ.
Если у тебя была хорошая няня, то ты съ удовольствіемъ припомнишь ее... Если же ея не было, то тебѣ будетъ пріятно узнать о моей... И такъ какъ въ обоихъ случаяхъ ты останешься доволенъ, то слушай!
Жило-было одно дворянское семейство. Это было мое семейство: отецъ, мать да насъ 8 человѣкъ -- дѣтей. Двое умерли маленькими, а я осталась старшею. И была у насъ, какъ водится, няня. Звали ее: Наталья Макарьевна, но мы-то, дѣти, конечно, звали ее попросту няней . Какъ я ее помню, она была уже стара: седьмой десятокъ идетъ ... отвѣчаетъ, бывало, когда ее спросишь о лѣтахъ... и этотъ 7-ой десятокъ былъ, кажется, безконеченъ, потому что, сколько и когда бы ее ни спросили, вплоть до самой смерти, все былъ ей седьмой десятокъ: и когда я была маленькой, и когда выросла большой... вышла изъ института, вышла замужъ,-- няня все твердила: седьмой десятокъ ... И, такъ какъ ей, кажется, не было причинъ скрывать свои годы, то справедливость заставляетъ думать, что она искренно забыла свой возрастъ или сбилась со счету.
Во всякомъ случаѣ, няня была еще чрезвычайно бодрая и дѣятельная старушка и, не покладая рукъ, работала на господъ: варила варенье, маринады, пастилу, брагу; заготовляла наливки и всевозможные запасы фруктовъ, ягодъ и грибовъ на зиму; плела на клюшкахъ прекрасное кружево и вязала тончайшіе, всѣ въ узорахъ, чулочки, которыми не побрезговала бы любая красавица. Какъ сейчасъ помню ея небольшую, съ чулкомъ въ рукахъ, немного сгорбленную фигуру, съ маленькими свѣтло-голубыми глазами и крупнымъ носомъ, на которомъ возсѣдаютъ пребольшіе и пребезобразные, древніе, какъ и она сама, очки въ мѣдной оправѣ.
Когда въ Россіи пошла цивилизація (а она пошла, кажется, со времени эмансипаціи крестьянъ), и расползлась повсюду, то мы какъ-то міромъ -- соборомъ уговорили няню сняться въ фотографіи. Няня любила старыя времена и относилась отрицательно ко всѣмъ новшествамъ, видя въ нихъ дьявольское навожденіе и признаки близости свѣтопреставленія.