Нигилисты

Ненависть великая вещь. Она может быть святой. Также смех. Бичуя, он исправляет, веселя -- он подбадривает.
Но для того, чтобы ненависть была святой, а смех бичующим -- надо, чтобы за ними скрывалось истинное горение сердца, великая любовь, незыблемое во имя . Иначе ненависть превращается в площадную ругань, смех в грубое издевательство.
Этого не хотят, или, вернее, не могут понять господа из Нового Времени .
Кажется, чего остроумнее насмешник г. Скальковский. Его книжка Маленькая хрестоматия для взрослых -- подбор острых изречений, предисловие к ней даже не без смелого либерализма. Но эти блестки остроумия, этот смелый либерализм никого не трогают, потому что все чувствуют, что за ними, кроме беспардонного je m'en fich'изма ничего не скрывается. В курильной комнате, после сытного обеда, в мужской компании, за рюмкой Cherry-Brandi г. Скальковский может быть незаменим. Хлесткие характеристики, скабрезные замечания, либеральные фырканья здесь совершенно уместны.
Но жизнь не курильная комната разжиревших буржуев. В ней ценны творческая сила, борьба, любовь и ненависть, качества, которые абсолютно отсутствуют у г-д Скальковских. Сила их не действенная, а разлагающая. Сытый нигилизм, бессовестный оппортунизм никогда не двигали истории. Оппортунизм -- политика очень практичная, пока все идет по-хорошему . Чиновники служат, банки функционируют, тюрьмы строятся, театры открыты. Все отлично. Незачем беспокоиться. Пусть все идет по-старому. Главное, чтобы не было беспокойных людей, озабоченных будущим, ценящих все яркое, самобытное, все то, что разрывает липкую паутину оппортунистического благополучия.
Бывают моменты, когда такая политика, силою вещей, рушится.
Такой момент мы переживаем теперь. Теперь на потихоньку да полегоньку не выедешь. Нам нужны люди сильные, люди дела и дарования, люди, имеющие свое, непродажное во имя . Рассказчики скабрезных анекдотов, курильщики сигар -- нам совершенно не нужны.
Но найти таких самостоятельных людей во имя -- увы! -- не так легко. Слишком долго властвовали над русским обществом эти нигилисты из Нового Времени . Слишком густой пеленой серой ваты покрыли они своих читателей. Мертвая тишина бездействия заглушает даже ругань-гоготание нововременщиков. А гогочут они по всякому поводу, ругают они все, огулом. Это и логично. Как истые нигилисты, они отрицают все горячее, все холодное, пробавляясь мутной тепловатой жижей общепризнанной пошлости.