Постановка "Братьев Карамазовых"

Это был какой-то господин или, лучше сказать, известного сорта русский джентльмен, лет уже немолодых, с не очень сильною проседью, в темных, довольно длинных и густых еще волосах и в стриженой бородке клином .
Далее Достоевский подробно описывает коричневый потертый пиджак, белье, клетчатые панталоны этого приживальщика хорошего тона , в достопамятную ночь явившегося искушать Ивана Карамазова.
Мы даже знаем, как воспитывает этот приживальщик своих детей, как составляет партию в карты, -- словом, Достоевский сделал все, чтобы воплотить черта. Ведь черт так этого хочет! Он готов воплотиться даже в семипудовую купчиху.
О, конечно, автор оградил себя от насмешек ученых людей. Перед описанием кошмара Ивана Федоровича он сообщает читателю, что герой был, можно сказать, накануне белой горячки, что его осматривал доктор, признавший галлюцинации при состоянии больного весьма возможными , и т.д., и т.д. Трезвый человек с правом может заключить, что приживальщик хорошего тона вовсе не являлся к Ивану Федоровичу, что, конечно, не мешает этому трезвому человеку признавать необычайное умение Достоевского проникать в больную душу человека, восторгаться его умелыми, почти психиатрическими описаниями бредовых явлений .
Но дело в том, что сам-то Достоевский был человек отнюдь не трезвый. Под углом трезвости его просто нельзя понять, он становится человеком ненормальным, со странностями. На память приходит ломброзовское учение о связи гениальности с безумием.
Достоевскому настолько дорога реальность галлюцинаций, что в Преступлении и наказании он даже пытался обосновать эту реальность, так сказать, научно .
Свидригайлов -- человек, несомненно, ненормальный , но уж во всяком случае не глупый, -- развивает на эту тему целую теорию. Он доказывает, что основная посылка: галлюцинации возможны лишь при болезненном состоянии , вовсе не приводит к выводу, отрицающему их реальность. Эта посылка доказывает лишь, что для того чтобы удостоиться посещения самых реальных приживальщиков , необходима известная подготовка организма, особенное состояние его, которое в обиходе называется болезненным . Но заключение от болезненности к нереальности приживальщиков , по мнению Свидригайлова, неправильно.