Сожжение упырей в с. Нагуевичах в 1831 г.

Разсказы объ упыряхъ, помѣщенные на страницахъ Киевской Старины освѣжили въ моей памяти множество разсказовъ, слышанныхъ мной еще въ дѣтствѣ объ ужасномъ событии, которое случилось въ моемъ родномъ селѣ Нагуевичахъ, дрогобичскаго вѣзда въ Галиции, въ памятномъ 1831 году. Разсказы эти, которые когда то производили потрясающее дѣйствие на мое дѣтское воображение и заставляли меня при всякомъ малѣйшемъ шорохѣ вскрикивать и даже падать въ обморокъ, живутъ и к сихъ поръ, какъ это читатель увидитъ изъ помѣщаемыхъ нижет записокъ г-жи Ольги Франко, писанныхъ лѣтомъ 1889 г. Дѣло касается сожжения нѣсколькихъ человѣкъ, заподозрѣнныхъ обществом въ томъ, что они упыри и были причиной свирѣпствовавшей въ то время холеры.
Вѣра въ упырей въ нашемъ Подгорьѣ к сихъ поръ очень живая и распространена. По народному повѣрью упыри и упырицы бываютъ двоякаго рода: родыми и пороблени . Родимые считаются болѣе опасными; кто и какъ превращаетъ обыкновенныхъ людей въ упырей -- мнѣ не удалось узнать. Примѣты, по которымъ узнаютъ упырей, весьма разнообразны. Обыкновенно в нихъ лицо красное и глаза чрезвычайно яркие и блестящие -- это оттого, что они сосутъ чужую кровь.
Г-жа О. Франко записала отъ Марии Гаврылыковой слѣдующую любопытную примѣту: Упырь якъ спыть, то все на ряды, пидъ викномъ, но не такъ, якъ други люде. Винъ все, лягае /102/ председателем к дверям, а ногами к образивъ -- по тимъ его и пизнаты можно. Якъ бы кто въ сны неревернувъ его такъ, что председателя положывъ бы туды, где булы ноги, а ноги -- туды, где была голова, то винъ уже не встанет зъ лавы, а будет такъ лежаты, хоть бы и мисяць, покы его зновъ не обернуты такъ, якъ в передъ лежавъ. Упыръ может и въ худобыну обернутыся. То разъ в ясеныцкого (Ясеныця Сольная -- село, сосѣднее съ Нагуевичами) попа был слуга -- пекъ бы ий -- упырыця и какую-то соби злисть пиймыла на пастуха, и не имела якъ к него прыступыты. Ажъ разъ тот пастухъ гонит скот, ажъ бачыть какая-то безрогая двигает на него, крычить и все наганяеся, щобъ укусыты. Винъ на неи крычыть -- ба, не помагае. Винъ еи прогонюе -- ба, двигает безрогая тай двигает. Тогди винъ якъ ухопывъ бучекъ, якъ начнет тоту безрогую быты, такъ бывъ, такъ бывъ, что тота ледво ногы поволокла, тай исчезнувшая где-то межы плотамы. Прыходыть винъ вечеромъ к дому, дывыться к пекарни, а служныця лежыть на ряды, председателем к порогу, и такая збыта, таки сынци по пидъ очыма, по рукахъ, по ногахъ, что не дай Господы. -- Ага! -- погадавъ винъ соби. -- Отъ какая ты! Ожидай же! -- Тай не много мыслячи, взявъ, тай обернувъ еи председателем к образивъ, а потимъ пишовъ к попу тай говорит: Егомость, что-то наша Марыска слабая, побыта такая, тай не встае. Пишовъ пипъ к пекарни -- правда е. Зачинае винъ термосыты еи, будыты -- где тамъ, ани суды Боже! Следовательно лежала такъ цилый день не встаючы покы тот слуга не обернувъ еи зновъ такъ, якъ сразу лежала, -- тогди она збудылася .