Поэзия кошмаров и ужаса

Ужас и фатальность царили на земле всегда и всюду . -- Э. По.
В истории бывали и бывают эпохи, когда всё общество или значительная часть составляющих его классов расположены к оптимизму, когда люди готовы воскликнуть: какое счастье жить!
В такие периоды искусство и литература также проникнуты безоблачно-светлым настроением, так как они, ведь, не что иное, как идеализированное и потенцированное отражение жизни: мир воспроизводится тогда в них, как радостный праздник, люди похожи на богов, всё пронизано солнцем, дышит красотой, обвеяно радостью.
В истории бывали и бывают и эпохи противоположного характера, когда всё общество или известные его классы смотрят на мир глубоко пессимистически, с отчаянием в сердце.
В такие периоды искусство и литература естественно окрашены в другой цвет. Жизнь изображается в них, как каторга или застенок. Изо всех углов выглядывают безобразные лики дьяволов и чудовищ, женщина превращается в ведьму, вселенная производит впечатление дикого кошмара ужаса и безумия...
История знает две такие эпохи торжества мрачного, как ночь, убийственного пессимизма -- конец Ренессанса и, так называемый, Романтизм.
А теперь на наших глазах, в конце XIX и начале XX в., протекает третья эпоха ужаса перед жизнью, третья эпоха господства страшных масок и уродливых гримас.
Этим последним обстоятельством и внушена мысль о предлагаемой вниманию читателя работе.
Наша задача -- описать кошмарное искусство и кошмарную литературу этих трех периодов в истории западно-европейских обществ.
Так как большинство страшных образов, которыми пользовались писатели и художники Ренессанса и Романтизма, -- а ныне пользуются Модернисты, -- сложились еще в средние века, то необходимо остановиться вкратце и на этой эпохе, хотя самые средние века при всей наличности в их мировоззрении и искусстве элементов ужаса были проникнуты скорее оптимистическим, чем безнадежно-пессимистическим настроением.
Наша задача -- не только описать кошмарное искусство упомянутых трех эпох, но и объяснить его происхождение, вскрыть породившие его социальные причины.