Это была... игра!..

РАЗСКАЗЪ
Живая картинка, которую мы хотимъ сейчасъ, прямо, въ интересѣ нашей маленькой повѣсти, поставить передъ благосклоннымъ читателемъ,-- право, премиленькая картинка. Мы потому начинаемъ прямо съ выставки ея, что имѣемъ въ виду сразу познакомить читателя съ дѣйствующими лицами въ нашей исторійкѣ, а также и ради той цѣли, чтобы доставить ему, читателю, побольше удовольствія и поменьше скуки, ибо ему гораздо пріятнѣе самолично узнать изъ непринужденныхъ разговоровъ явившихся передъ нимъ особъ и то, и другое, чѣмъ знакомиться съ сутью дѣла изъ простаго описанія, которое могъ-бы сдѣлать самъ разсказщикъ.
И такъ, позвольте:-- утро, и довольно еще раннее, но мы входимъ вмѣстѣ съ вами въ комнату, не въ особенно большую, правда, но тѣмъ не менѣе въ комнату прилично и просто меблированную. Вотъ тутъ, у окна, около стѣнки изъ плюща и высокой смоковницы, чирикаетъ канарейка: а вонъ тамъ, на диванѣ, въ уголку, отдыхаетъ кошка на подушкѣ, такъ какъ она, по всей вѣроятности, очень утомилась за ночь, слишкомъ долго бодрствовала; теперь она лежитъ и только сонливо щурится. Надъ диваномъ виситъ зеркало, справа и слѣва отъ него -- по портрету, которые написаны не особенно искусною рукою. Портретъ, висящій слѣва, изображаетъ господина съ добродушной физіономіей, украшенной замѣчательнымъ хохломъ; господинъ -- въ бѣломъ галстухѣ, въ красномъ бархатномъ жилетѣ (на жилетѣ золотая цѣпочка) и въ черномъ фракѣ; черезчуръ высокій воротникъ фрака былъ, кажется, нарочно такъ выкроенъ для того, чтобы подпирать уши господина. На другомъ холстѣ вы видите даму съ довольно серіознымъ лицомъ, однако глаза ея свѣтятся и кидаютъ боковые взгляды на господина въ вышеописанномъ костюмѣ; губы ея сжаты, но, кажется, что дама хочетъ открыть ротъ и проговорить какую-то пріятную фразу. Прическа у этой дамы высокая, сама она въ платьѣ фіолетоваго цвѣта, съ очень пышными рукавами. На груди у ней, въ видахъ украшенія, виситъ на тяжелой золотой цѣпочкѣ медальонъ съ силуэтомъ господина, портретъ котораго мы уже видѣли.