Василиса Премудрая

Скажем-ка про лето, про тепло, про весну про красну, про зиму студену... Слеталися птицы стадами, садилися птицы рядами, пели они, говорили, между собою рядили: Кто у нас на море старший, кто у нас на синем младший? На море орел царем, на синем орлица -- царица, дикие гуси -- дворяне, черные грачи -- крестьяне, сера утка -- попадьей, коростель -- дьячком, малые воробушки -- крылошане, синички -- молодицы, касаточки -- красны девицы. А ворона-то -- в ворах придорожных: летом ворона по амбарам, зимою ворона по дорогам; всякого она след перегребает, всякого братом называет... На море филин -- водовозом, на море журавль -- перевозом; журавль по бережку ходит, людей перевозит, цветно платье не мочит... Эки, ведь, долгие ноги! Эко короткое платье!
Это присказка, а сказка будет впереди.
Сдружились Мышь с Воробьем, стали они вместе жить, сообща корм добывать и такой промежду себя уговор положили, чтобы что ни промыслят-своруют -- все пополам между собою делить.
Разжился раз Воробей маковым зернышком и несет его к Мыши: На, кусай свою половину! А Мышь в ту пору голодна была; хвать -- и откусила зерна три четверти. Рассердился Воробей, обругал Мышь воровкой поганою . Не стерпела Мышь обиды. Сам-то ты кто? -- говорит. -- Потому тебя и Воробьем зовут, что вор ты и бить тебя надобно . Слово за слово -- передрались приятели, и в той драке Мышь у Воробья из хвоста все перья повыщипала.
Полетел Воробей к Льву, звериному царю, на Мышь жаловаться. Просит казнить ее лютой смертью за денной грабеж и обиду. Срам, -- говорит, -- мне теперь, государь, без хвоста на улицу выйти: малые ребятишки и те насмехаются . -- Ладно, -- говорит Лев, звериный
царь, -- разберем твое дело. Позвать ко мне Мышь-ответчицу! А Мышь, она хитра была, догадлива: идет к царю на суд, казанской сиротой прикинулась, левый глаз прищурила, на все ноги хромает, костылем подпирается. Батюшка, могучий царь, -- говорит, -- взвел на меня Воробей напраслину. Сам он ни с того, ни с сего, в драку полез, выклевал мне, злодей, левый глаз, все ноженьки разломил, все суставы раздробил. Насилу я от него в нору схоронилася . -- А кто ж ему, Воробью, хвост выщипал? -- Знать не знаю, царь батюшка, ведать не ведаю. А слыхала я точно от добрых людей, что такой он, Воробей, уж от роду: без хвоста и без совести . Говорит тут Лев, звериный царь, Воробью: Какие у тебя есть свидетели на то, что и вправду Мышь тебе, Воробью, хвост выщипала? -- Есть у меня свидетели верные: две сороки да ворона старая . Не принял Лев, звериный царь, воробьиных свидетелей. Не верю, -- говорит, -- я всему вашему птичьему роду, а сорокам да воронам разве только дурак, поверит! И прогнал он Воробья от себя с бесчестьем.