Софья Пушкарева

ПОВЕСТЬ
Warum willst du dich von uns Allen
Und unsrer Meinung entfernen,
Ich schreibe nicht euch zu gefallen,
Ihr sollt was lernen.
Goethe.
Каждый смотритъ на міръ со своей точки зрѣнія и то, что кажется одному обыкновеннымъ и скучнымъ, для другого часто является прелестнымъ.
Для четырнадцатилѣтней Сони Любимовой все было прекрасно на дѣтскомъ рождественскомъ вечерѣ, куда она пріѣхала въ первый разъ въ своей жизни. Красота этого дня, начавшаяся еще рано утромъ, когда она стала завивать себѣ волосы въ клочки газетъ и примѣрять платье, все время усиливалась и усиливалась, и когда Соня пріѣхала въ клубъ, она попала точно въ особое сказочное царство.
Раздѣвшись въ уборной, приколовъ бантики и расправивъ волосы, съ вѣеромъ въ тонкихъ рукахъ, одѣтыхъ въ бѣлыя перчатки, Соня съ мамой вышли въ аванъ-залъ. Было какъ разъ во время -- самый разгаръ танцевъ. Аванъ-залъ былъ полонъ народу, взрослыми и въ особенности дѣтьми. Отовсюду слышался говоръ, смѣхъ, и все это походило на жужжаніе улья. Пройдя въ главный залъ и скользя неувѣренно по блестяще-гладкому полу маленькими ножками, обутыми въ темныя съ помпонами туфли, и стараясь не разъединиться съ мамой, она остановилась около толпы не танцующихъ, полукругомъ плотно облегавшей залъ. Два кадета, увидавъ ее, потѣснились и посмотрѣли на нее сверху, когда она проходила. Она вышла впередъ, въ кругъ, гдѣ танцовали, и остановилась.
Вся огромная зала была залита свѣтомъ, исходившимъ изъ переливавшихся огнями люстръ, привѣшенныхъ къ потолку. Было такъ свѣтло, что она даже на мигъ зажмурилась. Сотни мальчиковъ и дѣвочекъ, начиная съ самыхъ маленькихъ въ разноцвѣтныхъ рубашечкахъ, панталончикахъ, голубыхъ и розовыхъ платьицахъ, гимназистовъ въ синихъ съ серебреными галунами мундирчикахъ, кадетовъ съ красными шитыми золотомъ воротниками и кончая взрослыми барышнями и офицерами съ звенѣвшими шпорами, все это танцовало, кружилось, сіяло и смѣялось. Маленькіе неуклюже перебирали ножками, стараясь не сбиться съ такта, съ серьезными лицами, старшіе скользили легко, плавно, точно плыли. И все это вертѣлось, и все это неслось куда-то, и все было счастливо и прелестно.