Бесстрашная любовь

(Русский народ и Ив. Бунин)
Они встречаются все чаще.
Лица у них молодые. А глаза старые-старые, странные, -- пустые.
Эти люди молчаливы. Но могут вдруг разговориться, и тогда говорят все о том же, -- и почти одно и то же.
-- Русский народ только теперь показал свой настоящий лик . И это не лик, а звериная харя. Русский народ не способен ни к какому человеческому развитию, культуре, просвещению. Его нужно запереть, ему нужно совершенное рабство, железная палка.
Кто они, так говорящие? Правые? Убежденные последователи Пуришкевича, Суворина и -- Максима Горького, только что заявившего на всю Европу, что он ненавидит русский народ, этих низколобых, недостойных называться людьми? .
Нет, не правые. И не левые. Их нельзя никуда зачислить, никуда приписать. Они совсем не политики и на политику не претендуют. Это просто средние русские люди, но эта сама толща интеллигентных и полуинтеллигентных русских изгоев. Бывшие офицеры, бывшие офицеры-студенты, студенты-добровольцы, маленькие чиновники, учителя, техники, служащие... Они дети и внуки тех самых русских людей, которые когда-то поклонились русскому народу до земли ; шли на служение ему, не боясь гибели. И, может быть, недавно еще дети привычно верили богоносцу Достоевского, Платону Каратаеву Толстого. Теперь они говорят: Не Платон Каратаев -- а товарищ Пятаков. Русский мужик -- подлец и раб. Русский народ -- зверь. Мы видели его харю .
Средний русский человек, -- имя ему легион, -- очень важен. Отметать его, ругать обывателем , -- какая жалкая политика! И какая близорукая грубость! Теперь в особенности: ведь каждый из этих изгоев, -- учителей, студентов, добровольцев, -- прошел борьбу, с оружием в руках или без оружия, но борьбу смертную. Речи его ужасны? Не отмахивайтесь от них с легкостью. Поймите, что нужно пережить, чтобы дойти до таких слов о своем народе, о собственном чреве, собственном истоке, -- о себе самом. Не знают ли они все где-то подсознательно, чувственно, что и сами они -- тот же русский народ? и зверь и раб. Значит, и мы звери и рабы. Пропала Россия . Чтобы понять -- достаточно взглянуть в пустые, старые глаза. В них -- уже почти спокойное отчаяние.