"Борьба за Россию"

Тема не особенно интересная для служителей чистого искусства. Но, конечно, найдутся у Нового Дома читатели, которые еще не потеряли: вкус к борьбе и к России. Для них я и хочу сказать два слова о журнале Борьба за Россию , поднявшем столько шума и споров среди эмиграции.
Спорят о журнале, но гораздо более о соединении, в редакции, таких несоединимых по направлению лиц, как, например, Мельгунов и Карташев. Это меня удивляет. Важно, прежде всего, рассмотреть и понять, что такое -- журнал, каков его облик; тогда, в связи с влиянием на него редакционного объединения , можно дать и последнему справедливую оценку.
О самой идее русского свободного журнала для несвободных русских людей -- не спорят. Да и какие могут быть тут возражения? Удивительно, что никто до сих пор о таком журнале не подумал.
Но подумать мало: надо сделать. Сделать тоже мало: надо, чтобы дело было деловое, т. е. чтобы оно как можно более приближалось к выполнению конкретных задач. Вопрос о степени деловитости Борьбы за Россию -- не пустой вопрос.
Россия велика. Условия жизни в России -- ужасны. Но для разных людей ужасны по-разному. Одни об ужасе еще и не подозревают; другие видят его во внешних следствиях, не связывая с коренной причиной; третьи -- знают и ужас, и причину. (Третьи -- это, конечно, группы оставшихся старых интеллигентов). Такого деления, в грубых чертах, нам пока достаточно. И я спрашиваю: где именно Борьба за Россию хочет найти читателей? Для какого слоя русских людей журнал издается? группа интеллигентов вовсе не такое ничтожное явление, чтобы для нее одной не стоило издавать журнала. Однако, если судить по уже вышедшим NoNo, Борьба за Россию не для этой группы. Мы зовем к непримиримости ... вот первая фраза первого номера. Какой смысл обращаться с подобным призывом к старым интеллигентам, которые, сидя там, все-таки, до сих пор, не перешли на сторону советской власти? (К тем, которые перешли, смысла еще меньше.) Рассматривая далее содержание номеров, ряд статей Мельгунова, Карташева, Бурцева, Рысса, Изгоева, -- я опять не вижу, какой хотя бы интерес могут они представить для тамошнего интеллигента? Его заинтересовали бы, пожалуй, какие-нибудь фактические данные, касающиеся европейских, эмигрантских и большевицких дел, сведения, не проникающие за советские рогатки. Но на что ему развитие мыслей о непримиримости, рассуждения о Великой России Карташева и обычные проклятия большевикам -- Бурцева? Старый интеллигент и мысли эти давно знает, и авторов, конечно, помнит. Как голос из прошлого -- журнал может ему быть приятен на минуту; но вряд ли прочтет он его -- весь, без скуки и разочарования.