Два разговора с поэтами

Разговор, конечно, с поэтами будущими с теми, которые мне пишут, -- или завтра могут написать, -- прилагают несколько стихотворений и просят ответить, вижу ли я в них задатки .
Иногда вместо двух--трех листов -- тетрадь: и стихи, и проза. Но неизменен вопрос -- о задатках.
Все современные писатели получают от писателей будущих, вернее -- потенциальных, -- такие письма. Всех просят определить, есть ли талант .
Может быть, иные и определяют... Но не верьте, молодые поэты. Не верьте, потому что определить этого нельзя. Единственно, что мы можем, -- мы можем сказать о данном, перед глазами лежащем, стихотворении, хорошо ли оно или худо и почему хорошо, если хорошо, чем худо, если худо. Это сделать мы всегда можем, и по совести.
Но не больше.
Все, что сверх, -- догадки, предположения, вероятия, и только.
Критики специально любят догадываться . Но так же ошибаются, как все. Белинский был очень падок на догадки . При его несомненной проникновенности, он, однако, чаще попадал неверно, нежели верно. Мы только помним верные его Догадки, а о неверных забыли.
Вы пишете стихи? И даже недурно? Допустим. А я все-таки не знаю (и никто не знает), будете ли вы поэтом. Нисколько не удивлюсь, если вы окажетесь прекрасным инженером или авиатором. Впрочем, я могу сказать еще вот что: вы -- человек, не лишенный глубины.
Совсем плоских людей очень мало; потому так мало людей, которые никогда не писали никаких стихов, никакой прозы, вообще ничего не писали.
Это не графомания: это закон природы. В известный период жизни, когда еще новы все впечатления бытия , а главное -- непривычен и нов сам я , -- этот я и его переживания кажутся страшно важными (они и действительно важны для человека) и, под напором изнутри, кажется страшно нужным все это как-то выразить, сказать кому-то (пожалуй, и тут не кажется , а действительно нужно).
Но кому сказать, и как? Как сердцу высказать себя? Другому -- как понять тебя? .
Непременное ощущение, что другой -- не поймет (в юности думается, что не поймет по его, а не по твоей вине). Ну, значит, надо сказать всем . Из всех скорее найдется хоть один понимающий; а, наконец, если и не найдется, -- гораздо приятнее быть непонятым всеми , чем двумя--тремя, кому высказываешься непосредственно.