Из записной книжки

Маленький Лев Толстой, сын великого, издал своего рода манифест , в коем объявляет, что Россия непобедима и что ей предстоит в самом скором будущем всемирное владычество.
Маленький шут, чье имя таково, что его не хочется произносить, издал другой манифест, напечатанный там же, где и первый, -- в коем объявляет, что Россия самая победимая из всех стран , что народ русский -- невежественный, дикий, грязный, бедный, забитый, обиженный людьми и Богом, самый бездарный и ничтожный из всех народов, и что в ближайшем будущем предстоит ему не всемирное владычество, а всемирный позор.
Трудно решить, какому из этих двух манифестов следует отдать пальму первенства в смысле непристойности. Во всяком случае, оба они одинаково характерны в своей глубочайшей непосредственности и отличаются друг от друга гораздо менее, нежели это может показаться с первого взгляда: от нашего самовосхваления к нашему самооплеванию один только шаг. И там, и здесь -- равная потеря собственного достоинства. Это две стороны одной фальшивой монеты -- русского национализма, так называемого русского направления , настоящее время мы присутствуем при той окончательной неизбежной фазе его, когда это учение, дойдя до своих последних выводов, само себя отрицает и переходит в явную бессмыслицу. Начали за здравие, свели за упокой. На песке строили дом свой, и падение дома сего будет великое...
Г-н Энгельгардт полагает, что нам прежде всего нужна свобода слова и мысли: без этой свободы, -- утверждает он,-- все мертво и гнило . Сильно сказано! Хотя надо сознаться, что со стороны г. Энгельгардта это -- довольно неожиданное откровение. Нам всегда казалось что если кого-нибудь менее всего стесняют условия, в которые поставлена русская печать, -- то именно г. Энгельгардта и его единомышленников, представителей русского направления которые говорят все, что можно сказать, и даже то, чего нельзя говорить, в то время как их противники, иногда по своей воле, безмолвствуют. Но оказывается, что это вовсе не так: свобода слова, по уверению г. Энгельгардта нужна исключительно русским националистам, тогда как нашим безнародникам (читай западникам, либералам) эта свобода совсем ни к чему не нужна. Вот, неправда ли, еще более неожиданное откровение, и аргументируется оно так что диву даешься: только будто бы наши националисты имеют сказать нечто свое, самобытное, новое, никогда никем раньше не сказанное; между тем как либералы и западники лишь повторяют чужое, переводят по терминологии г. Энгельгардта, с европейских образцов; нечего жалеть, если перевод погибнет, только бы оригиналы сохранились. Скажем мимоходом, что почтенный автор с удивительной развязностью причисляет к людям русского направления Владимира Соловьева, который всю свою жизнь считал национализм величайшим непотребством...