"Не нравится - нравится"

В Париже был недавно диспут Об антисемитизме в сов. России . Название неудачное. Что можно выяснить, если держаться близко к теме? Только подтвердить, что да, русские рабочие издеваются над русскими евреями, где можно -- гонят и грубо мучают их; и прибавить, что это плохо. Всегда, конечно, плохо, когда одни мучают и гонят других; но почему гонят именно евреев -- и того выяснить нельзя при такой узкой постановке вопроса. Антисемитизм -- ровно ничего не объясняет. Тем более, что и слово-то выдуманное, как сказал мне один еврей. Ведь слово мы употребляем в смысле противоеврейства , гонения на евреев , а отнюдь не на семитов вообще, на арабов, например, или армян. Еврейский вопрос не укладывается в вопрос о взаимоотношениях рас. Он существует в какой-то своей особенности, именно как еврейский вопрос.
Диспут отчасти и вылился в диспут о еврейском вопросе , хотя издавна привычные взгляды и привычный смысл ходячего слова антисемитизм весьма делу мешали.
В отзыве о диспуте г. Поляков-Литовцев сказал очень верно: хорошо бы как-нибудь собраться вместе евреям и русским (или вообще неевреям) и открыто друг с другом поговорить: вы, мол, нам потому-то и тем-то не нравитесь; а в вас нам вот это не нравится. Да, такая беседа, или такие беседы, много бы пользы принесли обеим сторонам, много бы помогли и выяснению вопроса. Он ведь есть, сколько бы мы от него не отвертывались. Почему так называемый антисемитизм из мира не исчезает, никакими гуманистическими средствами и культурными не излечивается? Может быть, не надо прикрывать эту странную чуждость между евреями и неевреями (или разность), которая ведь существует же? Может быть, надо, напротив, бесстрашно до корней ее докопаться, вместе разобрать, что именно разделяет нас, почему разделило? А что, если тогда, открытыми-то глазами увидим мы и смысл этого разделения, т. е. ту правду его, которая может привести нас к какому-то совсем новому единению?
Никто не будет спорить, что корни еврейского вопроса -- религиозные. Никто не будет утверждать, что даже мы оторвались от этих корней без остатка; а уж евреи -- тем менее. (Я говорю не только о религиозных людях, но и сознательно безрелигиозных, обо всех; история Европы и Азии в крови у всех. У евреев больше, чем у кого бы то ни было.) Если же с корнями считаться, -- с корней и надо начинать.