"Новь"

Отцы и дети -- это, в конце концов, только художественный образ. Он понравился, привился, но вряд ли можно ставить его темой серьезного обсуждения. Спор отцов и детей -- лишь фигуральное определение двух, непосредственно одно за другим следующих поколений, непременно будто бы друг с другом несогласных.
Однако в реальности смена поколений -- вещь очень сложная. Она неуследима и математически неопределима. Кроме отцов и детей , мы видим (если не смотреть à vol d'oiseau {с птичьего полета (фр.). }, конечно) еще целую кучу каких-то дядей, племянников... куда их поместить? Это промежуточные поколения, что-то вроде полупоколений. Примеров много, даже в недавней литературе. Чьи дети -- Блок, Белый? Шестидесятников? Нет, ибо кто же тогда первые декаденты ? Первые декаденты -- Бальмонт, Брюсов, -- никак не укладываются в отцы Блоку, а он, в свою очередь, не отец Пильняку с Есениным, и уж наверно не отец Маяковскому. У этого же, если есть потомство, то прямо комсомольские внуки , да и те под сомнением.
Словом, в отцах и детях мы непременно запутаемся, и гораздо лучше формулировать важный вопрос, который нас занимает, со всей точностью и ясностью: это вопрос о русской молодежи в данный исторический момент. Что она из себя представляет сегодня, после событий беспримерных, в условиях исторических небывалых, что она сама о себе думает, чего она хочет в будущем, как оценивает прошлое?
Огромностью событий оттеснен на второй план самый факт смены поколений . Смена-то произошла, но не в том нормальном порядке, в каком молодой Кирсанов сменил старого, в каком происходила она и далее, в послетургеневские времена. Тяжелый жизненный опыт, который прошла сегодняшняя молодежь, и затем жизнь вне условий дома , во всяком случае вне условий нормальных -- дают сегодняшним нашим молодым поколениям исключительность, и вопрос о них делают особо важным вопросом.
Увы, те же ненормальные условия мешают его исследованию с какой бы то ни было широтой и ясностью. Я уж не говорю о подспудной молодой России в URSS (ведь слово Россия -- запрещено). Молодежь воистину подспудная ; условия, в которых она живет, конечно, ненормальнее здешних, бездомных ; никакой добросовестный человек не будет делать о ней общих выводов: мы знаем лишь отрывочные факты, и ни одного не подспудного, свободного, слова к нам не долетает (да его там и не произносится). Лишь чутье и догадка остаются у нас для тамошней молодежи.