Богословие

БОГОСЛОВИЕ. Понятие о Б. В древней Греции называли богословами (θεολόγοι -- Должно отличать от θεόλογοι = вдохновленные богами.) тех, которые говорили и учили о богах. Богословами являются там сначала поэты, затем философы. Термин богословской науки или богословской философии (ἡ φιλοσοφία θεολογική) введен Аристотелем (Metaph. Lib. XI, cap. 6), признавшим Б. высочайшею из наук, потому что оно исследует высочайшее из существующего. Религия в древности была тесно связана с поэзиею, философиею и законодательством, поэтому в языческом мире признавали три вида Б.: поэтическое, физическое (тоже, что и метафизическое) и политическое (так делил Б. Варрон по свидетельству бл. Августина. De civit. Dei. Lib. VI, cap. 1). Отцы и учители церкви взяли этот термин из языческого употребления, но сообщили ему иной смысл. Под ним разумели не вообще учение о Божестве, а только учение о единстве существа Божия и о различии Божественных лиц, т. е., о тайне Троичности. Так, ап. Иоанн и св. Григорий Назианзин были названы богословами: первый, потому что раскрыл более ясно и подробно, чем другие богодухновенные писатели, догмат о троичности лиц и божестве Сына; второй, потому что победоносно защищал в борьбе с арианами православное учение о совечности и единстве существа Сына с Отцом. Те части вероучения, которые рассуждают о воплощении Слова, об искуплении человека Иис. Христом, говорят о благодати, таинствах, богоучрежденном культе, вообще обо всех догматических и нравственных истинах, относящихся к спасению, были названы св. отцами домостроительством (οἰκονόμια). Но в последствии установился обычай под словом Б. понимать всё то, что имеет прямое и непосредственное отношение или к Богу или к людям в их отношениях к Богу. Было много попыток в немногих словах определить содержание Б. Фома Аквинский определял Б. так: a Deo docetur, Deum docet, ad Deum ducit. Принимая во внимание человеческую сторону Б., многие протестантские богословы определяют его так: Б. есть научное самосознание церкви о ее развитии под воздействием Св. Духа, или самосознание церкви о своем самоустроении. В настоящее время Б. раздробилось на многие отдельные дисциплины, в своей совокупности они представляют систему наук о Божестве и о взаимоотношении Божества с человечеством. Всё, что мы можем знать о Б., входит в состав Б., но человека Б. рассматривает лишь в его отношениях к Богу, как творение Божие, как предмет божественных попечений. Б. определяет и выясняет, как идти человеку к Богу, исследует как устроилось и устраивается на земле царство Божие, рассматривает мир небесный и земной в их отношениях к делу устроения этого царствия на земле, но Б. оставляет человека, когда он удаляется от царствия Божия, оно оставляет его во всех сферах его деятельности, не имеющих прямого отношения к этому царству. Предмет православного Б. есть религиозная истина, содержимая православною церковью, и ее судьбы в роде человеческом. Понятие науки в приложении к Б. имеет несколько другой смысл, чем в приложении к дисциплинам, исследующим другие явления и предметы. Наука, понимаемая в строгом и собственном смысле, имеет своею задачею истолковывать явления и предметы из законов необходимости. Мы говорим, что данное явление объяснено научно, когда нам выяснят, что этого явления не могло не быть, и когда для нас станет очевидным, что оно не могло произойти иначе, чем произошло. От этого обычного понимания науки Б. отличается следующими особенностями: во 1) оно подходит к исследуемым явлениям с верой религиозной. У православных с верою православной. Мы имеем внутреннее непосредственное заверение в истинности и святости некоторых положений и в истинности и святости преподавшей нам эти положения церкви; во 2) Б. не допускает, чтобы исследуемое им могло быть вполне исстолковываемо из законов необходимости (Божественное провидение, человеческая свобода); в 3) Б., полагая, как и другие науки, своею идеальною целью, утверждение раскрываемых истин на возможно сильных доказательствах, не имеет целью утверждения их на доказательствах безусловно принудительных: его задача осветить человеку путь к Богу, но обрести Бога в собственном сердце человек может лишь путем собственной нравственной самодеятельности. Вера приобретается лишь свободными усилиями духа.