Андрей Белый. Пепел. Изд. "Шиповник". СПб. 1909. Ц. 2 р

Золотому блеску верил,
А умер от солнечных стрел.
Думой века измерил,
А жизнь прожить не сумел.
Не смейтесь над мертвым поэтом:
Снесите ему венок.
Болью отдаются в сердце эти стихи Андрея Белого, обращенные к друзьям.
В этой трагедии души художника нет ничего смешного, и всякий истинный друг А. Белого, всякий действительно любивший его творчество, принесет с глубокой сердечной болью венок на его могилу. Трудно верится, что такой необыкновенный, сильный и большой художник умер, но жестокая неумолимая действительность настойчиво твердит: умер, умер , и, в доказательство, страницу за страницей раскрывает его вторую книгу стихов Пепел .
Перед свежей могилой вспоминаем мы всю краткую жизнь необыкновенного художника, его ослепительное, праздничное выступление с первою и второю симфониями, с его стихами Золото в лазури .
Как живые возникают яркие, солнечные образы, изумительно богатые, выпуклые, изумительно художественные. И потом начинается долгий ряд истерик, срывов, обвалов, пропастей, сгубивших художника...
И вот перед нами Кубок метелей ... А теперь -- Пепел .
В Пепле Андрей Белый провозглашает свободу искусства: Да, и жемчужные зори, и кабаки, и буржуазная келья, и надзвездная высота, и страдания пролетария -- все это объекты художественного творчества 1. О, конечно? О, если бы Андрей Белый в действительности оставался свободным художником-символистом (ибо истинный художник всегда символист, ибо истинное искусство, по самой сущности своей, по природе, символично, и в таком определении искусства бесконечно прав Андрей Белый -- Борис Бугаев)!