Стефан Георге

Johannes von Guenther
Переводъ съ нѣмецкой рукописи К. М. Жихаревой.
Аполлонъ , NoNo 3--4, 1911
Одинъ говоритъ: искусство, и подразумѣваетъ драмы Шекспира. Другой говоритъ: искусство, и думаетъ объ очаровательной исторіи Манонъ Леско и кавалера де-Гріе, написанной аббатомъ Прево д'Экзилемъ. Третій готовъ все отдать за трогательныя пѣсни и легенды Клемсиса Брентано... Наконецъ, душа четвертаго находитъ откликъ лишь въ мистическихъ откровеніяхъ Джелалъ-эдъ-динъ-Руми или въ торжественныхъ строфахъ Бхагаватъ-Гиты . И каждый правъ, говоря: это -- искусство . Но гдѣ же путь, явственно ведущій насъ отъ Данта къ Бокаччіо, отъ Кальдерона къ Виланду? Или такихъ путей нѣтъ, и всѣ эти запертые сады доступны лишь немногимъ и не соединены между собою?
Читатель, если и ты часто останавливался въ недоумѣніи передъ загадкой искусства, если и ты, какъ Пигмаліонъ, молилъ о пробужденіи Галатеи, внемли словамъ поэта, о которомъ я пишу. Осъ будетъ говорить съ тобою объ искусствѣ, и не дивись, что онъ называетъ искусство ковромъ: искусство -- такой же пестрый коверъ, какъ жизнь.
Hier schlingen Menschen mit Göwächsen,
Tieren, Sich fremd zum Bund, umrahmt von seidnor Franze,
Und blaue Sicholn, weissr Sterne zieren
Und queren sich in dem erstarrten Tanzr.
Und kahle Linien ziehn in Reick-Gestickten,
Und Teil um Teil ist wirr und gegenwendig,
Und Keiner ahnt das Rätsel der Verstrickten...