После всего. Третья книга стихов (посмертная)
Негромкий, поэтический голос Кнорринг был услышан, отмечен и особо выделен в общем хоре русской зарубежной поэзии современниками. После выхода в свет в 1931 первого сборника стихов Кнорринг «Стихи о себе» Вл. Ходасевич в рецензии «„Женские“ стихи» писал: «Как и Ахматовой, Кнорринг порой удается сделать „женскость“ своих стихов нарочитым приемом. <…> Той же Ахматовой Кнорринг обязана чувством меры, известною сдержанностью, осторожностью, вообще — вкусом, покидающим ее сравнительно редко. <…> Кнорринг женственна. <…> Будем надеяться на дальнейшие встречи с этой еще неопытной, <…> но все-таки одаренной и чем-то милой поэтессой» (Возрождение. 1931. 25 июня). Предвидение Вл. Ходасевича подтвердилось, чему свидетельством является отзыв Кнорринг Иванова в статье «Поэзия и поэты» на посмертную книгу стихов Кнорринг, вышедшую в 1949: «Покойная Ирина Кнорринг всегда, а в последние годы жизни особенно, стояла в стороне от пресловутого Монпарнаса, не поддерживала литературных связей, одним словом, не делала всего необходимого для того, чтобы поэта не забывали, печатали, упоминали в печати. И поэтому даже ее последняя книга почти никем не была отмечена с вниманием и сочувствием, которые она заслуживает…»
Кнорринг Николай. Кнорринг Ирина
Предисловие
Стихотворения
МАМОЧКЕ
«Забывать нас стали там, в России…»
ПОРТРЕТ
«Ты говоришь, что я живу тоскливо…»
ВЕЧЕР
«Я старости боюсь, не смерти…»
ТАМ
«И вдруг слова о чести и о праве…»
«Стучались волны в корабли глухие…»
НОЧЬ
СТИХИ
«На стене — неподвижные тени…»
«Ты ушел. И сгустились тучи…»
«Но кроме нас с тобой есть мир другой…»
«Зацветают в Париже каштаны…»
«Все вспомнила, все вновь пережила…»
ЖЕЛАНИЯ
La Bollée[2]
«Шепчет ночь, колдунья и пророчица…»
«Мочит дождик детскую коляску…»
«Уже не девочка — жена и мать…»
РОЗА ИЕРИХОНА
«Жужжит комар назойливо и звонко…»
«Такой же день, как девять лет назад…»
«Не спасут тебя мудрые книги…»
«Этим летом опять поедем…»
PROVINS
«Я покину мой печальный город…»
«Считать толково километры…»
«Деревья редкие мелькают…»
ЮРИЮ
ОКНО В СТОЛОВОЙ
ЛИЛЕ
«Когда сердце горит от тревоги…»
«О чем писать? О лете, О Бретани…»
ПАМЯТИ ЖЕРМЭН
«К чему, к чему упрямая тревога..»
«Мне давно уже не мило…»
«Дотянуть бы еще хоть три месяца…»
«Где-то пробили часы…»
«Войной навек проведена черта…»
«Просыпались глухими ночами…»
«Такие сны, как редкостный подарок…»
«Темнота. Не светят фонари…»
ИГОРЮ
«Пока горят на елке свечи…»
«Живи не так, как я, как твой отец…»
«Жизнь прошла, отошла, отшумела…»