Год в усадьбе
Сергей Маковский (1877–1962) — русский поэт Серебряного века и «первой волны» эмиграции, художественный критик и организатор художественных выставок, издатель. Автор девяти поэтических книг, восемь из которых вышли в эмиграции. О последнем прижизненном сборнике «Еще страница» Ю. Иваск писал, что стихи в нем «сродни поэзии позднего Тютчева… Маковский трезвенно-мудро и с великой благодарностью принимает жизнь». Издатель модернистского «Аполлона», Маковский в своих собственных стихах тяготел к традиционным образцам. Формальный эксперимент «серебряного века» мало повлиял на поэзию Маковского. В известном смысле его сближает с акмеистами стремление к ясности. Однако в своей поэзии Маковский ближе к Тютчеву, чем к своим современникам.Данное издание — четвертый сборник поэта «Год в усадьбе» (Париж, 1948)Оцифровщик Андрей Никитин-Перенский. Библиотека «Вторая литература».
Маковский Сергей
ОТ АВТОРА
«Рабыней времени ты рождена…»
ГОД В УСАДЬБЕ. Сонеты
Июнь («Слепительно хорош июньский день…»)
Июль («Туманно озеро, и тянут утки…»)
Август («Спадает зной, хоть и слепят лучи…»)
Сентябрь («Спадает зной, хоть и слепят лучи…»)
Октябрь («Спадает зной, хоть и слепят лучи…»)
Ноябрь («Пошел снежок, запорошило путь…»)
Декабрь («Сегодня Рождество, сегодня елка…»)
Январь («Бело-бело, все снегом замело…»)
Февраль («Взметает, громоздит, взлохмачивает снег…»)
Март («На мартовском снегу еще скрипучий наст…»)
Апрель («Набухли почки верб, и перелески…»)
Май («Я был на кладбище. И там весна…»)
Послесловие («Все призрачно в дыму отшедших дней…»)
СКЕЛЕ
Нагарэль. Сонеты
«Извольте, расскажу. Хоть забулдыга…»
«Однажды: Юнга, — слышу голос, — в рубку!..»
«Да, началось. На долгую беду…»
«Влюбился — смерть! Красавица? Нимало…»
«Наш парусник грузился понемногу…»
«И что ж? Ровненько через год, в Июне…»
«Знакомые места! Живым манером…»
«Но время лечить все: рубцы от ран…»
«Матросам, сударь, что? И небогаты…»
«Прошло лет шесть… Нет, восемь. Из Босфора…»
«Запомнился мне вечер! Ни актрисы…»
«Стучусь опять, а сердце — хоть умри…»
«Тогда ее увидел… разодетой…»
«Так свой рассказ, — мы были в кабачке…»
ЛУННЫЙ ВОДОЕМ. Сонеты
«Я вышел в ночь. Полуувядший сад…»
«Я наклонил лицо над водоемом…»
«И все смешалось: ночь, вода и тени…»
«И только дивные замолкли зовы…»
«Тропа давно кружила в гору. Слева…»
«Под облака — семь ярусов зубчатых…»
«Насупленный, нос клювом, одноглаз…»
«Коня, коня! И крутобедрый конь…»
«Дворец Султана — как морское дно…»
«Ты узнаешь ли? Матерью-луной…»
«И пир — горой! Стоит в палатах злачных…»
«Мы были с ней одни в опочивальне…»
«Полуночи последние удары…»
«Я вышел в ночь. Полуувядший сад…»
Костел. Венок сонетов
«Величий дым… И мудрость, и тщета…»
«На всём, над всем, над всеми тень креста…»
«В родной земле и холодно, и голо…»
«Иль человек лишь прихоть произвола?..»
«И все, чему названье — красота…»
«Неверия и веры слепота…»
«В даль запредельную святого дола…»
«Что знаем, Господи! В веках горим…»
«И кровью жертвенной точится рана…»
«Я чуда жду, заблудший пилигрим…»
«В тумане ладана, в грозе органа…»
«Сомкнулся круг священного обмана…»
«Распятый Иисус… Державный Рим!..»
«Молюсь изгнанником в дверях костёла…»
AMOR OMNIA