Д. А. Фурманов в Госиздате

Десятилетняя история советской книги знает не только девятизначные цифры роста продукции, но и людей, которых цифрами не измерить, людей, которые творили и эти цифры и нечто большее... К таким людям принадлежит Д. А. Фурманов.
Ставя его имя рядом с Госиздатом, я не думаю устанавливать зависимость между развитием последнего и данным писателем. Хотя, если бы таких людей -- бойцов за новую книгу -- не было, то развитие Госиздата могло принять и другое направление. Но в задачи этой заметки не входит подобное исследование. Просто хочется восстановить именно в эти дни праздника образ одного из наших, близких, родных творцов книга хотя бы на маленьком участке его работы, даже не касаясь того более важного, что сделано им в других областях.
Дмитрий Андреевич начал работать в Госиздате в конце 1923 года в качестве политредактора. В то время у Госиздата на всю уже немалую продукцию существовало только два таких работника, которые должны были очищать потоки рукописей от политически вредного, неприемлемого для советского рабоче-крестьянского государства... Условия работы были тяжкие. Махрово-старенький писатель претендовал на печатание... Мы, советские издатели, еще не обладали ни опытом, ни достаточным чутьем, ни твердой установкой,-- для определения,-- что же надо издавать. Еще более мы не обладали классово-верным, компетентным редакционным аппаратом, который бы производил необходимый отсев самотека предложений.
Два политредактора должны были служить тем пролетарским ситом, которое отсортировало бы горы рукописного песку от пыли, мусора и других вредных или ядовитых примесей. Это был трудный, опасный путь! На этом пути легко поскользнуться и шлепнуться в болото попустительства классовым врагам, отдав в их руки книгу -- действенное орудие укрепления пролетарской диктатуры. Возможна была и другая опасность -- удариться в разгул красного карандаша я чернил, превратить идею политического руководства -- в мелкую, придирчивую центру. Можно было пойти по пути поправления птички божией на птичку милую , в то. время, как нужен, был путь вовлечения творческой энергии писателя в созидание новых песен о птицах -- буревестниках творческой революции.