Удала-пудин
Жила-была красавица пудин. Было у нее семеро братьев, один другого лучше. Все они ловкие охотники, меткие стрелки, мастера на все руки. Амбары их полны. Никогда у них не переводились запасы мяса, нерпичьего жира. И любили они больше всего свою единственную сестру. Берегли ее, каждый с охоты приносил подарочек, радовал ее, чем мог.
А время шло своим чередом и шло. Растет их сестра да растет, все стройнее и красивее становится. Звери и птицы часто навещали ее, любовались ее красотой.
Вот однажды старший брат ей и говорит:
- Сестрица наша милая! О красоте твоей знают все кругом. Скоро придут сваты, будут просить твоей руки. Подготовься к их приходу, надень халаты свадебные, повесь украшения серебряные, будь приветливой.
А та и слышать ничего не желает. Ее глаза вспыхнули, как звездочки в темной ночи, длинная коса метнулась из стороны в сторону, медные подвески на нагруднике с негодованием зазвякали.
Братьям было пора идти на охоту. Видят они, что сестра не хочет расставаться с ними, и стали они думать, как уберечь ее от женихов. Думали-думали, и тогда старший брат превратил ее в иголку. Сами братья обратились в белокрылых птиц и улетели в тайгу на охоту.
Иголка долго ждала женихов, надоело это ей, обернулась она снова в пудин. Только захотела выйти из дома, как услышала скрип скользящих по снегу лыж и нарт, чьи-то голоса. Испугалась пудин, на нары забралась и опять в иголку превратилась, да не успела спрятаться, так на циновке и осталась.
Остановились нарты возле дома. Олени - храпят, ждут, когда их распрягут, соли дадут, колокольчики на их шеях изредка позвякивают. А сваты на них не обращают внимания, в дом спешат, на пудин по -любоваться хотят поскорее. Они так спешили, что в дверях застряли, еле-еле вошли. Вошли и замерли от изумления. Один из них говорит:
- Что это такое? В доме ни братьев, ни красавицы, их сестры, нет. Почему нас так обманули?
Стали они по углам искать, кричать:
- Кто в доме есть, покажись!
Но сколько ни звали, сколько ни кричали, никто не появился, никто не отозвался. И вдруг они услышали чей-то тоненький голосок. Он не переставая пищал: