Лев-охотник
Было так или не было - жил-был один дровосек, и был у него осёл. Ежедневно гонял дровосек осла в пустыню, нагружал его хворостом и колючками - словом, целый день заставлял его трудиться, а вечером бросал ему охапку грубой соломы. Измучился осёл от такой жизни, и стал он думать о том, как бы из рук дровосека. Ума у него хватило только на то, чтобы не есть и притвориться больным.
Однажды вечером воротился осёл из степи усталый и измученный, не стал есть соломы и упал на землю. Утром дровосек пришёл за ослом, увидел его в таком состоянии и опечалился. Эх, заболел мой осёл, - горевал дровосек, - дела мои теперь совсем встанут .
Тут он ещё раз взглянул на осла, видит, тот совсем на земле распластался. Непохоже, чтобы осёл скоро поправился, - сказал дровосек себе, - а держать больного осла мне не по средствам, да он уж, видимо, своё отслужил, сил у него больше не осталось. Лучше подниму его пинками и прогоню прочь!
Тут дровосек заставил осла подняться, осмотрел его: видит, бедняга совсем отощал. Почесла он бороду, поразмыслил и решил, что осёл уж больше никуда не годен. Пинками он заставил осла выйти из конюшни с помощью своих родственников и соседей дотащил его до пустыни и отпустил на все четыре стороны.
Осёл очень этому обрадовался. Побрёл он по пустыне. Шёл, шёл и наконец дошёл до какого-то леса, а на опушке леса был хороший луг. Шло время, осёл с каждым днём становился всё глаже и жирнее и наконец так окреп, что никто бы не узнал в нём прежнего осла.
Однажды пасся он на лугу, пощипывал с удовольствием траву. Тут вдруг, откуда не возмись, вышел из леса лев и страшно зарычал. Как услышал осёл этот рёв, едва не умер от страха.
Что мне делать, как быть? - думает он. - Может, бросить всё и удрать? А вдруг натолкнусь на того, кто так рычит? Может, лучше остаться? Но тогда боюсь, лев или тигр, или другой хищник бросится и съест меня!
Но потом осёл сказал себе: Ведь и у меня есть голос, заору-ка я и напугаю врага!
Изо всей силы, какая только была у него, осёл принялся орать, да так, что крик его разнёсся по всему лесу и долетел до льва.