Три брата ворона

Было у одной бедной женщины три сына и дочурка-утеха. Мальчишки уже подросли, а девочка была еще совсем махонькая и ходить-то еще не умела, и говорить не научилась.
Мальчишки, как и положено, были бедовые, да настырные. Это б еще куда ни шло, кабы не их бесстыдное обжорство. Ох, и маялась же с ними бедняжка матушка!
Коли где кто нашкодит, набезобразничает - не иначе ее ребята; коли где-что стряслось, знает она - ее сыночки в том виноваты. А дома! Оставит что от обеда на ужин, а душа не на месте - ведь разнюхают и умнут! Даже мясо из горшка вытащут. Подкрадутся, достанут недоваренное - и нету его! Ума не приложит мать, что с ними дальше делать. И уговаривает, и просит, и наказывает.. . Да все напрасно! Лопнуло, наконец, ее терпение.
Собралась она как-то в церковь. Поставила обед на очаг и пригрозила сыновьям:
- Не вздумайте мясо таскать! Глядите, коли до него дотронетесь, я с вами такое сделаю, чего еще ни одна мать со своими детьми не делала.
А мальчишки ей в лицо хохочут, насмехаются. Разгневанная мать ушла в церковь, но только она через порог, а ребята шасть к очагу! Мясо из чугунка достали и тут же съели.
Вернулась мать из церкви в надежде, что сыновья испугались ее острастки. Подошла к очагу, заглянула в чугунок - а он пустешенек! Распалилась она неслыханным гневом и воскликнула.
- Чтоб вам в воронов превратиться, чтоб вам воронами стать, чтоб вы один с другого мясо рвали!
Не успела последнее слово выкрикнуть, как обернулись ее дети тремя черными воронами, взвились со свирепым карканьем, взмахнули крыльями и улетели неизвестно куда!
Мать, не помня себя от ярости, крикнула им вдогонку:
- Летите, летите, злодеи ненасытные! До тех пор будете маяться, пока кто-нибудь из кровных родственников вас из беды не вызволит!
Но материнский гнев, как снег по весне, - быстро растаял. Опомнилась бедная женщина, сердце кровью облилось, стала она рыдать, руки ломать, горькую судьбу несчастных детей оплакивать, себя корить. С тех пор глаза ее не просыхали.