Ком золота и стали

С благоговением тебя, борец, мы вспоминаем.
Хоть умер ты, но мысль твоя живет...
Впервые я встретила Ефима Лаврентьевича Афонина в 1917 году в Петровской районной думе, куда я имела намеренно поступить (это было за несколько недель до Октябрьской революции) на службу.
Не знаю почему, но обстоятельства сложились так, что в район я не поступила, а вместе с Ефимом Лаврентьевичем вошла в разбитое, но то зловеще, не то угрюмо смотревшее здание городской думы, где всех сотрудников, исключая членов, вновь организованного Бюро совета районных дум, было несколько человек.
В моей памяти особенно яркой осталась картина заседаний членов Бюро.
Помню бывший кабинет городского головы, по середине стоявший большой круглый, крытый зеленым сукном, стол, а вокруг расположившихся с сосредоточенными, энергичными литрами членов Бюро. Здесь были: М. Ф. Владимирский, Н. А. Семашко, А. Я. Никитин, Обух, Ефим Лаврентьевич и др.
Быстро организовывались отделения Бюро, и в одно из них -- казначейство, заведующим которым был назначен Е. Л., была направлена я.
И вот в тот момент, когда весь городской хозяйственный аппарат был в конец разрушен, когда вся работа, благодаря саботажу городских служащих, замерла, я видела какой особенной энергией Ефима Лаврентьевича и других товарищей устранялся этот хаотический беспорядок, царивший в думе.
Я сделалась невольной свидетельницей сцен Е. Л. и рабочих, требующих денег.
Помню, когда толпа рабочих окружила Е. Л., когда кричала и требовала денег, не считаясь с печально сложившимися обстоятельствами -- полнейшей разрухи, Ефим Лаврентьевич, встав на стул, громким и внушительным голосом призывал к порядку собравшихся.
Он кратко обрисовал картину создавшегося положения и споен уверенностью, своей бодрой надеждой на лучший исход в ближайшем будущем, дал понять каждому из них, что лишь тогда можно достигнуть благополучия рабочего класса, к которому стремились годами, когда они, как один человек, встанут на защиту своих интересов. Он указал, что в данный момент они сами, быть может, не сознавая совершенно, что делают,-- этим только поддерживают старую власть и собственными руками разрушают создавшуюся власть, власть рабочих.