Поэт-мыслитель

Въ рѣдкой странѣ печатается такое множество томовъ стихотвореній, какъ во Франціи. Рецензіи французскихъ журналовъ безпрестанно извѣщаютъ публику о вновь появляющихся сборникахъ поэтическихъ произведеній. Почти каждый извѣстный писатель дебютируетъ во Франціи тоникомъ-другимъ стихотвореній; поэзія служитъ ему переходною ступенью къ роману, комедіи, драмѣ. Такою ступенью служила она Ришпену, Пайлерону, Жюлю Лакруа, Додэ и многимъ другимъ. Иные изъ этихъ писателей извѣстны намъ за поэтовъ по переводамъ, печатавшимся въ разныхъ журналахъ, но не считаются, собственно говоря, поэтами во Франціи; и иногда русскому почитателю ихъ на слова: Я поэтъ приходилось слышать, вмѣсто отвѣта, удивленный вопросъ: Tiens, est -- ce qu'il est poète? И отвѣтъ этотъ подсказанъ не печальнымъ закономъ, въ силу котораго нѣтъ пророка въ своемъ отечествѣ, а высокимъ мѣриломъ поэтическихъ произведеній. Гибкость языка и изящество формы выработаны до такого совершенства во Франціи, что начинающій писатель въ пору молодости, когда кто не писалъ стиховъ, находитъ уже готовое естественное орудіе для своихъ чувствъ и думъ. Появляется томикъ-другой подъ разными болѣе или менѣе вычурными и риторическими заглавіями, раскупается, потому что читающей публики много, потому что высокая культура страны держитъ высокій спросъ на новыя книги; томикъ прочитывается и забывается. Авторъ, отдавъ дань молодости, благоразумно воздерживается отъ втораго изданія, которое не пошло бы потому, что требованія, предъявляемыя поэту, высоки, критерій строгъ. Названіе поэта дается только тому, кто уловилъ тайну въ прекрасныхъ риѳмованныхъ звукахъ быть выразителемъ думъ и чувствъ своей эпохи, умѣлъ наложить на поэзію оригинальную печать свой личности.
Впрочемъ, не одинъ высокій критерій поэзіи причина того, что во Франціи извѣстность поэта завоевывается съ такимъ трудомъ; причину надо искать отчасти и въ духѣ партій. Въ каждой партіи есть свои поэты, которыхъ другія и знать не хотятъ, и нуженъ выдающійся изъ ряда талантъ для того, чтобы восторжествовать надъ нетерпимостью духа партій. Сюлли Прюдомъ, поэтъ и свободный мыслитель, былъ признанъ поэтомъ въ самый разгаръ наполеоновскаго имперіализма и клерикализма. Во всѣхъ четырехъ томахъ стихотвореній его, появлявшихся съ 1865 по 1880 годъ, нѣтъ ни одного произведенія даже наиболѣе блѣднаго, наиболѣе отмѣченнаго рефлексіей, бросающею такъ часто холодную тѣнь на талантъ его, которое можно было бы признать непоэтическимъ: въ каждомъ мысль и чувство тамъ слиты съ мастерскою формой, что составляютъ одно живое цѣлое, отмѣченное несомнѣнною печатью крупнаго таланта.